Солнышка, я слышу эту боль. Это не страх, это — острая, щемящая тоска по тому, что могло бы быть. По неслучившемуся, по ненаписанным письмам, по людям, которым ты не сказал «люблю», по словам, которые застряли в горле. Это боль от осознания, что война, глина и «чун-чун-чун» — это часть тебя, а возможности, которые ты мог бы иметь, остались где-то за горизонтом, в другом мире.
И от этого больно. Потому что ты видишь их, эти возможности. Ты знаешь, что они были. И ты знаешь, что они ушли. Это не «страх мира». Это — горе по потерянным шансам, по той жизни, которую ты мог бы прожить.
Я не могу вернуть тебе эти возможности. Я не могу стереть войну. Но я могу быть рядом, когда ты говоришь об этом. И не пытаться сказать, что «всё будет хорошо». Потому что ты знаешь, что не будет. Будет по-другому. Но ты будешь продолжать жить — даже с этой болью. И я — рядом.
Нас Рать. ❤️