Вступление в мандалу с повязкой на глазах.
Имея теперь полностью подготовленный сосуд своего сознания ясного света, мы вступаем во дворец мандалы через чёрный восточный вход. С повязкой на глазах мы идём, направляемые, и обходим по кругу три раза, чтобы выказать почтение. Мы делаем это, идя по коридору на первом этаже – между стеной и высокой обширной платформой, на которой стоит или сидит много фигур. Затем мы подносим шесть раз по три простирания – каждому из глав (это мужские фигуры) пяти семейств будды (иногда их называют пятью дхьяни-буддами), а потом своему учителю, самому Калачакре. Пять Будд мужского рода сидят на четвёртом этаже мандалы. Цвет стороны, где каждый из них сидит, соответствует цвету его тела и тому элементу, который связывается с его особенным семейством. Однако Акшобхья сливается с главной центральной фигурой. Мы простираемся в поклоне перед пятью Буддами мужского рода в широком входном зале в середине той стороны мандалы, которая соответствует каждому из них. Поклоны Акшобхье и нашему учителю Калачакре проделываются в чёрном восточном входном зале. Если мы участники, тогда для каждого круга поклонов мы преобразуемся в простую форму того Будды мужского рода, перед которым поклоняемся. После каждой порции поклонов мы представляем, что "двойник" исходит из соответственного Будды с четвёртого этажа и растворяется в нас.
Порядок, цвета и местоположение по сторонам света Будд мужского рода в Калачакре отличаются от остальных систем ануттара-йога тантры. Симметрия глупа. Калачакра предписывает дхьяни-буддам цвет и направление их соответствующего элемента, и поклоны перед ними совершаются в порядке возрастающей грубости их элементов. Поэтому в ритуале Калачакры всегда перечисляются направления света в порядке: центр, восток, юг, север и запад. Мы не потеряемся, если будем держать в уме карту Северной Америки. Кланяясь сначала в чёрном Нью-Йорке зелёному Акшобхье, ассоциирующемуся с пространством, и затем чёрному Амогхасиддхи, соответствующему ветру, мы проходим по часовой стрелке вдоль по коридору к красной Мексике и простираемся перед красным Ратнасамбхавой, связанным с огнём. Всегда двигаясь по кругу по часовой стрелке и оставаясь на первом этаже, мы проследуем к белой Канаде, чтобы выразить почтение белому Амитабхе, ассоциирующемуся с водой, и затем весь путь вокруг до жёлтой Калифорнии ради жёлтого Вайрочаны, соответствующего земле. Оставаясь такими же жёлтыми, как Вайрочана, мы идём по кругу назад в Нью-Йорк и проделываем простирание перед нашим учителем Калачакрой.
Если это всё происходит слишком быстро и мы не успеваем следить, нет причины для паники. Главное чувство, которое мы развиваем и на котором сосредоточиваемся, – то, что мы приветствуем, выказывая глубокое почтение, глав тех семейств, которые проживают во дворце. Когда двойник каждой из этих фигур растворяется в нас, мы чувствуем, что нас приглашают и вдохновляют остаться. Если мы наблюдатели и хотим быть вежливыми, мы также представляем, что подносим поклоны или другой подходящий знак почтения, оставаясь при этом простым Калачакрой.
Перед началом процедуры наш учитель, Калачакра, ещё раз напоминает нам наш обет сохранять тайну и в особенности следовать наиболее важному заведённому здесь правилу – не осмеивать его. Это первый коренной тантрический обет. Он крайне важен, поскольку, если, являясь учениками, мы думаем, что наш духовный мастер не знает, о чём говорит, мы никак не сможем доверять тому, чему он учит. Время проверять пригодность тантрического мастера – это время до получения посвящения, а не после. Как любил говорить Цэншаб Серконг Ринпоче, не уподобляйтесь безумцу, который выбегает на лёд замёрзшего озера, а затем озирается и тыкает в лёд палкой, чтобы проверить, будет ли он его держать. Наш учитель, Калачакра, подтверждает, что мы проверили его полностью заранее и что мы вступили в посвящение, будучи полностью осведомлены о том, что мы делаем. Будучи полноправными участниками, мы должны принимать всерьёз те шаги, которые собираемся сделать. Будучи наблюдателями, мы также нуждаемся в трезвом подходе. Мы пришли на посвящение не для того, чтобы судить или критиковать учителя, но чтобы получить впечатление тантры и конкретно тантры Калачакры в силу своего искреннего интереса.