Этот сложный процесс восприятия объекта, в котором обязательно должен присутствовать анализ, и подразумевается под вторым моментом, который называется аналитическим отношением к объекту. А под первым – обращение мысли к объекту или мысль, направленная на объект, – подразумевается как бы один объект, единичный.
Понятно, что называется обращением мысли к объекту и аналитическим отношением к объекту. И когда здесь говорится о сотне божеств, – то, что называется сотней божеств в школе ньингма, и то, что здесь подразумевается под сотней божеств, – это не одно и то же.
Здесь под сотней божеств подразумевается собственно Ваджрадхара во всех его проявлениях, которые символизируют йидама Гухъясамаджу.
Итак, мы говорим о начале процесса завершения, которое называется отъединением тела и которое описывается как собственное осуществление, связанное с видением внешних объектов нераздельными в пустоте и блаженстве, и относящемся к постмедитативному состоянию, и медитативное состояние, которое описывается в пяти моментах, первый из которых – это обращение мысли к единичному объекту, и аналитическое обращение мысли к объекту – множественному, и затем – состояние радостного ума, податливость и сосредоточение. И это толкование, которое практически в основном завершает описание процесса отъединения тела.
Итак, йогин видит любой внешний объект нераздельным в пустоте и блаженстве, потому что он прошёл через этап зарождения грубого и тонкого свойства, и гордость божества, и ясное видение божества присутствуют в нём в очень устойчивой форме, интенсивно выраженными. Поэтому любой внешний объект он воспринимает в нераздельности пустоты и блаженства в постмедитативном состоянии, а в медитативном состоянии это легко обращается в образ божества, который может быть единичным объектом и множественным объектом, со всеми вытекающими последствиями.
Когда мы говорим о восприятии внешних объектов йогином, прошедшим этап зарождения и приступившим к этапу завершения как нераздельности пустоты и блаженства, то это можно сравнить с постмедитативным состоянием при тренировке по традиции сутр, когда на первой ступени бодхисаттва продолжает осваивать пустоту, и, выходя из медитативного состояния, видит все внешние объекты как мираж. Присутствует выражение "всё как мираж, иллюзия". Вот это постмедитативное состояние, когда действительно в силу освоенности пустоты возникает переживание всех объектов как миража, так и в тренировке по системе тантр возникает постмедитативное состояние (на первом этапе дзогрима), как нераздельность пустоты и блаженства.
И то, что называется медитативным состоянием на первом этапе этапа завершения, – при том, что по сути все вещи и явления являются в нераздельности пустоты и блаженства, – это то, что они имеют облик божества. Это называется медитативным состоянием. И ему соответствуют пять моментов. Это обращение мысли к объекту, затем аналитическое обращение мысли к объекту, радостное состояние ума, податливость и сосредоточение.
Обращение мысли к объекту. Здесь имеется в виду единичный объект, например, Ваджрадхара. Аналитическое обращение к объекту – имеется в виду множественность объектов, когда выступают три тайных в качестве объекта, или пять будд, или сотня высших.
Дальнейшая стадия, которая относится к состоянию сосредоточения, когда объектом является нераздельность пустоты и блаженства, – это практика, которая вызывает состояние радости, и затем податливости, а затем собственно сосредоточения.
Итак, каким образом наступает такое состояние? Таким образом, что йогин, прошедший практику этапа зарождения, созерцает тонкую каплю в нижней части центрального канала, и путём продвижения капли вверх, а затем нисхождения капли вниз испытывает, или переживает, или познаёт состояние пустоты, которое попутно несёт с собой переживание блаженства.
И наконец вернёмся к термину "отъединение", поскольку мы рассматривали отъединение тела. Какое отъединение и отъединение от чего происходит в процессе отъединения тела, которое осуществляет йогин в дзогриме? Это отъединение связано с отъединением от облика и привязанности к телу низшего, обыденного существования, и вот это и уходит целиком в процессе отъединения тела, с которого начинается этап завершения.
И, поскольку уже в предыдущем этапе, зарождения, у йогина становятся устойчивыми гордость божества и ясное видение, которыми замещается обыденный облик и привязанность к обыденности, то в начале этапа дзоргима, который называется отъединением тела, происходит уже полное отъединение от обыденности как в её проявлении, связанном с обликом, так и с привязанностью к обыденности. Вот это и есть объяснение первого этапа дзогрима, который называется отъединением тела.
Вопрос. О Винае.
Ответ. В практике согласно Винае и в практике согласно Аннутара-йога-тантре нет никакого противоречия. Например, по традиции трёх крупных дацанов – Сэра, Дрипунг и Годен монахи, которые получили степень геше, отправляются в один из двух тантрических дацанов, в Верхний или в Нижний, и занимаются изучением и практикой тантры. Снаружи – дацаны Винаи, внутри – дацаны Гухъясамаджи. То есть снаружи – имеется в виду по поведению, по облику, по исполнению дисциплины, которая чрезвычайно строга, гораздо строже, чем в дацанах, где изучается философия. Внутри – Гухъясамаджа. Говорится так, поскольку йидам Гухъясамаджа является основным йидамом для практикующих тантру в тантрических дацанах.
И в основной тантре Гухъясамаджи говорится: "Снаружи – как шравака". То есть как практик-слушатель. "Внутри – как йогин Гухъясамаджи".
И святой Нагарджуна, и Чандракирти, его последователь и ученик...
Конец плёнки.