КОВЧЕГ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КОВЧЕГ » Городской бомонд » Тантра


Тантра

Сообщений 151 страница 160 из 567

151

Тридцать седьмое: "Сердце совы постоянно размышляет тёмными ночами". При полном свете эта птица ни к чему не способна; ночью же умело пользуется всеми шестью органами. Если практикующий, хотя и слышит, но ничего не воспринимает, пребывая в помрачении, то не обретёт добрых плодов, хотя и думает, что получит их, когда настанет ночь и [для него всё] прояснится. Практикуя созерцание дхьяны, он также предпочитает тёмные места. Следует размышлять о том, что, обучаясь и познавая, осмысляется повсеместно и светлое, и тёмное; ночь же отдельно не выделяется. Таково лекарство.

Тридцать восьмое: "Птичье сердце повсеместно пугается и поражается". Подобно птице, когда у человека доброе сердце, и [он видит] близко нечто благоприятствующее, иногда [его] посещает устремление, но одновременно в сердце рождается недоверчивая боязливость, и так всегда и во всякое время. Таково это сердце. Хотя и стремится получить выгоду от доброго друга, но впадает в заблуждение, его удерживают подозрительность и опасения. Даже когда он практикует добро, взяв обеты, над ним довлеют испуг и приниженность сердца рождений и смертей. Изучая и постигая, следует практиковать сознание спокойствия и бесстрашия, – в этом лекарство.

Тридцать девятое: "Сердце Ракшаса обнаруживает недоброе в добром": увидев, как некий человек делает добрые дела, создают в восприятии представления о недобром. Будда говорил, что, создавая пагоды и ступы обретают неизмеримое счастье. Однако переиначивая это, возражают, что из-за этих построек был нанесён ущерб множеству мелких насекомых, [находившихся] рядом [с постройками]; что же за выгоду можно обрести в будущем, раз всё произошло от страстей? Получат лишь плод страданий. "Обнаруживает" подразумевает пробуждение в сердце такого недоброго. Созерцать выгоды от тончайших добродетелей и не думать о недостатках, – вот лекарство.

Сороковое: "Колющее сердце [сокрушается], повсеместно [обнаруживая] природу творения зла". Шипы повсеместно наносят урон; приближающиеся к ним испытывают беспокойство, – таково это сердце. Если практикуют доброе, то оценивают лишь созданное и не порождают раскаивающееся сердце. Если создают плохое, то осмысливают это сами и испытывают стыд и беспокойство. Поэтому постоянно, допустив нечто злое, [пребывают в] беспокойном движении. Лекарство от этого: допустив проступок поскорее раскаяться. Обдумывать самим добрые дела, порождать сердце покоя и счастья.

Сорок первое: "Сердце подземного мира следует закону вхождения в пещеру". [Дворцы] всех Нагов и Асуров пребывают под землёй, или на глубоком дне морей. [Они] обладают всеми снадобьями чудодейственного благополучия и способны обретать самопребывание в долгой жизни. Практикующие думают, что там много прекрасных женщин, все поистине равны небожителям, нет горестей при чудодейственной кончине, а Пять Желаний [отправляются] как вздумается, по собственному произволу; думают, что там останавливается пребывание, обретается кальпа долгожительства, что можно увидеть всех будд будущего, – всё это есть сердце пещер. Следует размышлять и практиковать в соответствии с Учением, в этой жизни видеть светлый Путь Дхармы и [обретать] становление Буддой. Не следует сходить с дороги и думать о прекращении, о чудесных учениях этого мира, – таково лекарство.

Сорок второе: "Сердце ветра обладает природой, открывающей повсеместное пребывание". Природа ветра разбросанна и бурна, не пребывает [в покое], – таково и это человеческое сердце. Повсеместно образует источник добрых корней. Она разделена среди различных почитаемых небо[жителей], внешних путей этого мира и практикующих Трёх Колесниц, создавая подобные мысли. Имея много зёрен и будучи распространена повсеместно, она непременно производит такое становление. Однако следует знать, что это – сердце ветра. И ещё следует представлять, что каменное поле не имеет шерсти323, и зёрна расходуются впустую. Желать пòля счастья добра и красоты в хорошо удобренном месте324, возделывать [в соответствии с] переданным смыслом, и обретения непременно будут бòльшими, – таково лекарство.

Сорок третье: "Сердце воды следует учению смывания всяческого зла". Природа воды чиста и свежа, выстирывает все грязноты; отстоявшись же вновь становится прозрачной. Опять же, таково и это человеческое сердце, способное устранять загрязнения. Постоянно желает вызывать росу, [устраняющую] грязь зла, в раскаянии смывающую преступления Трёх Кармических [деяний]. Это – грязь, а это – чистота; если я не стану практиковать таким образом, то смогу загрязнить сердце. [Видя это, отбрасывают грязные дхармы]. Однако созерцая истинно-сущее сердца, понимая то, что грязные дхармы изначально нерождённы, способны сами устранять все нечистые препятствия. Таковы исправляющие практики.

Сорок четвёртое: "Сердце огня обладает природой жара и пылкости". Природа огня блестяща и скора, таково и это человеческое сердце. Когда оно творит добро, то в мгновение способно произвести бесчисленные тончайшие добродетели; когда творит зло, также за короткое время совершает огромное количество кармических [поступков]. Среди исправляющих практик храброе сердце терпит урон и поражения; водой мягкого спокойствия и сострадательного добра, путем упая снижают [его воздействие]. Кроме того, следует представлять себе, что исполнение горячих добрых дел невечно, – таково лекарство.

0

152

Сорок пятое: "Сердце грязи". В санскритском тексте разъяснения не даётся. Как говорил ачарья [Шубхакарасимха], это – однонаправленное сердце неясности. [Пребывая в] разделении, они не могут запомнить даже то, что у них перед глазами, поэтому Виная говорит о них, как о покрытых грязью. Опять-таки, поскольку грязь слаба и податлива, перейти и выйти из неё трудно, поэтому непременно образуются положения зависимости. Говорят, что перейти её можно лишь настлав мост. Если будут такие умелые способы, непременно повсюду встретятся добрые друзья, с помощью упая откроющие и направящие [на Путь]. Следует прекращать [состояние] незнания, рождая природу мудрости.

Сорок шестое: "Сердце проявленного облика обладает соответствующей природой". Это человеческое сердце уподобим тому, как нить приобретает цвет в соответствии с тем, окрасила ли её зелёная, жёлтая, красная, белая, или прочие краски. Внимая доброму учению, следуют ему и практикуют; слушая [изложение] злых дел, учатся соответствующему поведению. [Это происходит как с записанными,] так и с незаписанными [делами]. Следует размышлять, что, когда практикующий сам учится и постигает, [он] часто меняет отношения к различным областям. В стремлении к дхарме самоподтверждения невозможно [обрести] просветление, завися от других; [следует] поворачиваться [то в одну, то в другую сторону] ради прочих, [более надёжных] связей. Таково лечение.

Сорок седьмое: "Сердце щита следует учению в соответствии с количеством, поскольку отбрасывает излишне доброе". Щит ("доска") пребывая в воде следует количественному разделению, воспринимает и размещает все вещи; когда же переходит предел, то неспособен победить. В конце склоняется и отбрасывает это, – таково и это человеческое сердце. Делая краткий выбор учения добра, следуя силовому разделению, практикуют одно дело, творя такое слово. С давних пор мы практикуем только это учение, прочих же не знаем. Практикуя Восемь Очищений, не отбрасывают их, однако не желает практиковать излишнее добро. Соответственно, лекарство от этого – пробуждение широкого сердца и изучение практик бодхи.

Сорок восьмое: "Заблуждающееся сердце реализует ошибки, ошибаясь и в мыслях". Поскольку человеку [свойственно] заблуждаться, то, желая направиться на восток, он [часто] идёт на запад, – таково это сердце. Хотя и стремится исследовать созерцание нечистоты, напротив, воспринимает чистый облик, думая: сейчас я сам стану практиковать созерцание нечистоты. И тогда, когда собирается практиковать непостоянство и отсутствие "я", напротив, [в заблуждении] практикует постоянство и наличие "я", хотя и думает: сейчас я практикую непостоянство и отсутствие "я". Так получается, поскольку сердце зависит от разбросанности и смешения. Следует размышлять над тем, что сердце всецело, истинно и спокойно и созерцать [его] неразрушимость, – таково лекарство от этого.

Сорок девятое: "Ядовитое сердце следует учению о нерождённости разделений". Ядовитыми зовутся всевозможные яды-зелья нагов и змей. Человек, получив яд, умирает мучительной смертью и направляется в землю мёртвых, как если бы не было рождения разделений, – таково это сердце. Не рождается доброго сердца; не рождается сердца злого. Не может родиться и возникнуть никакого сердца. Следует лишь отбывать назначенную участь, понемногу входя в [состояние] отсутствия причин и отсутствия плодов. Поэтому названо "учением о нерождённости разделений". Если практикующий сам учится и познаёт, [ему] следует соответствующим образом пробуждать добро в людях великим состраданием, отстраняясь от пустоты прекращения разрушений. Таково тонкое снадобье сладкой росы, излечивающее это.

Пятидесятое: "Сердце силков обладает природой повсеместного связывания и обездвижения я". Чтобы поймать человека в силки, задерживают [его], делают так, что его руки и ноги не могут двигаться, – таково это сердце. Впадают в [состояние] скованности, [в котором] прекращается видение [истинного] "я". Связывают сердце практикующего, способного это видеть; во всех местах постоянно схвачено и неспособно выйти само. [Из всех шестидесяти состояний] это представляет самые тяжёлые препятствия. Изучая и познавая, следует решительно устранять препятствия и загрязнённость скорым клинком пробуждения связей истинной мудрости; таково исправление.

Пятьдесят первое: "Сердце оков считает скреплёнными обе ноги". Говорят: на руках – кандалы, на ногах – оковы. Поскольку человек скован, две ноги пребывают в неподвижности и не могут двигаться вперёд, – таково это сердце. Оно любит постоянное сидение, пребывание в неподвижном покое. Более того, практикует упорядоченность сознания, созерцает смысл Учения; из-за охваченности таким [состоянием] и называется "сердцем оков". Исправительные практики состоят в том, чтобы во все времена и во всех местах размышлять об отсутствии промежутка между успокоением и смятением325, – таково лекарство.

0

153

Пятьдесят второе: "Сердце облаков создаёт мысли о постоянно идущем дожде". Подобно трём месяцам [сезона дождей] в Западной стороне (Индии), когда дождь идёт непрестанно, всё останавливается, тонет; так по временам и сердце простых [людей], грустящее и радующееся, надолго впадает в уныние, потому и говорится о возникновении мыслей о льющем дожде. Изучая и постигая, практикуя "отбрасывающее сердце", отстраняются от печалей и радостей мира, но следуют восторгам Дхармы. Таково лекарство.

Пятьдесят третье: "Сердце полей постоянно овеществляет собственное тело". Человек постоянно улучшает и возделывает [своё] "поле добра и красоты", пропалывает его, различными способами очищает, – таково это человеческое сердце. Постоянно занимаясь овеществлением своего любимого тела, [он] умащивает его тонкими ароматами, спрыскивает благоуханными настоями, придавая торжественную величественность. Обучаясь и познавая, следует постоянно размышлять о том, чтобы, обратив эти усилия сердца, засеять поле счастья всеми молениями и подношениями, которые и принесут победоносный плод, – таково лекарство.

Пятьдесят четвёртое: "Сердце соли усиливает мысли и добавляет размышлений". Природа соли – горько-солёная, поэтому в местах, куда она входит, усиливается солевой привкус. Таково и это человеческое сердце: к обдумываемому оно добавляет ещё размышлений. Как когда представляют облики желаемого рождается их смысл, так и когда сами предполагают [то, к чему] стремятся, под чьим влиянием рождается такое сердце? Какой создаётся облик? созерцая нерешимость этого сердца, что думают о причинах и связях предполагаемого стремления? Если доходит до такого, исчерпанности не бывает. Изучая и познавая это, следует пронизывать сердце успокоением истинного принципа326 однонаправленности. И ещё, природа сердца отстранена от размышлений и не познаёт посредством способности запоминать. В разделениях количество сердец увеличивается.

Пятьдесят пятое: "Сердце клинка прекращает зависимость от учения отбрасывания [мира]". Отрезая и выбрасывая волосы обретают облик оставившего дом и отстранившегося от низменного. Такие мысли возникают в сердцах подобных людей. Я отсёк и обросил низменный облик и теперь не буду взращивать злое учение; нет ничего, к чему [я] бы устремлялся. Следует знать, что подобное сердце – наихудшее [у шраваков и пратьекабудд, на взгляд бодхисаттв]. Поскольку оно само создаёт ограничения разделений, [откуда нет дальнейшего роста], то отсекает наличествующие корни добра, которые более не в состоянии родиться. Следует размышлять, что прекращающие все [Три] Достоинства и [Десять] Святостей (賢聖) находятся в непросветлённом местопребывании [исходных заблуждений и страстей]. Таковое есть основа Трёх Ядов. Если способны отсечь это, ложные мыслепостроения не рождаются, что и называется истинным "уходом из дома".

Пятьдесят шестое: "Сердце, подобное горе Сумеру, обладает природой постоянных мыслей и высоких занятий". Взойдя на высочайший пик горы Сумеру, считают, что выше уже никого нет, – таково это человеческое сердце. Оно обладает природой постоянных высоких занятий. Даже в местах с присутствием достойных почитания учёных монахов, родителей и подобных, считают всех ниже [себя], недостойными, чтобы перед ними склониться. Если же пожелают склониться, то в конце непременно изменят это действие. [Практикующему Мантраяну] следует излечиваться от этого посредством терпения, стыдливости, скромности и простоты, упрочая среди всех рождённых существ воззрения Великого Учителя.

Пятьдесят седьмое: "Сердце морей пребывает в постоянном обретении и использовании собственного тела". Подобно тому, как великое море, в которое впадают сотни рек, не переполняется, так и это сердце. Во всех победоносных деяниях оно вбирает их в себя. Избыточных людей не любит, сравнений не производит. Постоянно само просит о продолжённости такого большого количества существ, само пребывает в обретении и использовании этого. Предыдущее сердце чрезвычайно высоко; это же сердце – чрезвычайно широко, поэтому сравнивается с морем. Практикующий, изучая и познавая [это], должен постоянно размышлять над тем, что великое море неисчислимых, тончайших добродетелей Трёх Достоинств и Десяти Святостей изменчиво, глубоко и широко. Не следует пробуждать сердца большого высокомерия, само соизмеряющее практики, но неспособное счесть песчинки.

Пятьдесят восьмое: "Сердце нор обладает природой сперва решающейся, а потом изменяющейся". Как изначально твёрдый сосуд [способности] не в состоянии терпеть, когда, следуя обстоятельствам (связям), позже роют яму, так и это сердце. Вначале оно получает много, затем всё потихоньку вытекает. Либо же, когда сперва пробуждённое сердце берёт обеты, всего достаточно и ничего не недостаёт; однако это невечно: постепенно рождаются дхармы просачивания. Как и в случае с разбитым сосудом, закон [вытекания] воды неостановим. В соответствии с этим примером, названо сердцем, [подобным] всем норам. Поэтому практикующие должны исполнять дела, за которые взялись, от начала и до конца. Знание того, что многоприродные изменения способны загрязнить самые твёрдые просветлённые сердца, и есть лекарство от этого.

Пятьдесят девятое: "Сердце обретения рождений порождается отправлением всевозможных дел и обладает равной им природой". Человек обретает плоды добра и зла в соответствии с белыми и чёрными327 поступками; таково это сердце, поскольку отстраняется от созданного, воспринимая тело этих бесчисленных разделений. [Оно] желает поворачивать в обретении всех рождений все практики отправления [дел]. Соответственно, следует знать, что в обретении плода соединяются добро и зло. Поэтому практикующему следует рассуждать, что, собирая добро и зло, недоброе отбрасывается и практикуются лишь белые дхармы; но и в этом добром далее с помощью мудрости ещё раз устраняют запылённость. Таким образом постепенно обретается становление чистого и утончённого плода, сливок; в этом лекарство.

Шестидесятого сердца нет в санскритском тексте; ачарья говорил, что не хватает одного сердца – обезьяньего. Природа обезьяны [такова: её] тело и сознание разбросаны и в смущении, [она] не пребывает постоянно [на одном месте], – таковы и практикующие. Такая природа поспешных движений, являясь беспокойной, во многих случая цепляет [к себе] связи, подобно тому, как обезьяна, отпустив одну [ветку], хватается за другую. Говоря очень коротко, рождённые существа в точности таковы. То же можно сказать и о тех, кто сейчас вполне процветает. Не следовать такому облику движения и разбрасывания, привязывать связи к единому миру, – таково исправление. Опять же, если обезьяну не привязать к столбу, её сущность проявится; [она станет] хватать, швырять и высоко прыгать.

0

154

Так вот, эти шестьдесят состояний иногда показывают множественные отклонения от истинной природы практикующего, либо, благодаря использованию сердца при практиковании Пути, вызывают движения от прежних занятий. Либо, иногда, пробуждают смешения, либо – последовательные рождения. Однако во все времена, задержав сердце и воспринимая созерцание, естественным образом обретаешь следование чистому просветлённому сознанию. Даже когда ачарья [сообщает] ученику о равном исправлении сознаний, следует кратко удалять их по одному.

"Повелитель Тайн, пересчитав первое, второе, третье, четвёртое и пятое [определённым образом], получим сто шестьдесят состояний сердца. Превзойдя три кальпы этого мира, порождают сердце, оставляющее мир". Здесь – ответы [относительно] обликов всех сердец и различий [между ними]. Поскольку в них нет ясности, рождаются сердца в чувственных страстях Пяти Корней; это: алчность, гнев, глупость, высокомерие, заблуждения. О Пяти Взглядах328 не истолковано, однако чувственные страсти, зависящие от взглядов, многочисленны, [тем не менее], в изложении о шестидесяти сознаниях [о них сказано коротко]. Впервые пересчитав чувственные страсти Пяти Корней получаем десять; пересчитав во второй раз – двадцать; пересчитав в третий раз – сорок; пересчитав в четвёртый раз – восемьдесят; пересчитав в пятый раз – сто шестьдесят. Сердца рождённых существ с чувственными страстями всегда зависят от закона двойственности и не обретают Срединного Пути, поэтому в следовании вещам изменяются [их] названия. Одним словом, разделяя, получают два. В этих двух от превращений образуются ещё более мелкие разделения, названия обликов которых истолкованы в [книге из] ста тысяч гатх. Переведя начальный, срединный и конечный из девяти разделов, получим восемьдесят тысяч чувственных страстей. В широком [смысле можно сказать, что они] неисчислимы. Например, из зёрнышка рождаются пять древесных корней; из одного корня, одолевшего все остальные, – две ветви. Вплоть до пятого преодоления становится всего сто шестьдесят маленьких ветвей. Невозможно сосчитать возникающие далее из их разделений листья; так же и в начале кальпы все люди превращённых рождений думают и едят; тела их светлы от природы, спокойны, радостны и не загрязнены. Однако поскольку им не ведомо истинно-сущее сердца, они понемногу начинают домогаться удобрений для земли. В зависимости от силы, или слабости аромата от пищи цвет и облик меняется и рождается сердце, для которого обязательна победа, или поражение. Поскольку имеют высокомерное сердце, скрывают в удобрениях земли счастье и прибыль, слабости и убытки; также не разделяют ("проявляют") поверхность ("кожу") земли и заросли тростника. Далее, поедая твёрдый натуральный рис, сперва делают разделения между мужчинами и женщинами и постепенно начинают совершаться противозаконные [действия]: насилия, грабежи, убийства, обман и прочее. В [Сутре Агама] это изложено пространно. После возникают всевозможные семейные связи и простые отношения, различные завязки от кармических страстей, происходит осмысление всяческих рождённых существ, создаются тела в различных наборах пяти скандх. Если бы вообще не было мудрых людей, этот раздел невозможно было бы довести до конца. Одним словом, ачарья [Шубхакарасимха] этим сравнением желал показать, что непросветлённое ("не-ясное") сердце, следуя вещам и подвергаясь разделениям, производит становление асамхьяка-кальпа.

0

155

17. Три кальпы

"Превзойдя три кальпы этого мира, порождают сердце, оставляющее мир". Это – практикование йоги прохождения трёх кальп в сознании оставления мира посредством чистого просветлённого сердца. Санскритское [слово] кальпа имеет два значения. Первое – временной отрезок; второе – безрассудное заблуждение. В понимании и истолковании [откровенных учений] Постоянного Пути прохождение трёх асамхьяка-кальп есть обретение истинной просветлённости. По сокровенному же разъяснению, практикование йоги прохождения одной кальпы есть превзойдение [и отбрасывание] первой тяжести грязи и заблуждений ста шестидесяти [состояний] сознания, что называется "первой асамхьяка-кальпой". Практика йоги прохождения второй кальпы опять же есть превозмогание мелких заблуждений и безрассудств ста шестидесяти сердец, и называется "второй асамхьяка-кальпой". Когда практикующий Врата Мантра[яны] проходит ещё одну кальпу, за которую устраняет наимельчайшие заблуждения и безрассудства, он обретает достижение начального сердца мудрости Будды. Поэтому говорится о "становлении Буддой за три асамхьяка-кальпы". Если превзойти эти безрассудные заблуждения за одно рождение, говорят о становлении Буддой в одной жизни. Зачем тогда рассуждать о временном отрезке? К тому же в первой тяжести сперва постигают "лишь скандха и отсутствие я"329, что называется рождением сердца, уходящего от мира. Превосхождение шестидесяти сердец мира, отстранение от исходных корней Трёх Ядов, ввергающих "я" в рождаемое, называется "прохождением трёх кальп".

Далее, имеются три кальпы330; в сказанном "практикование останавливания (留淹) корней, пределов и мира" корни – это Шесть Корней, пределы – Шесть Загрязнений; мир – мир Шести Сознаний331. Подобно двенадцати мирам [Шести Корней и Шести Пределов] внутреннего [– с наличием чувств] и внешнего [– с их отсутствием], это пределы корней, поэтому о них говорится совместно. Поскольку это – прекращение для учёных людей Трёх Плодов332, именуется практикой останавливания. Далее, есть три безрассудных заблуждения, – так сказать, от пней и корней кармических чувственных страстей до семян непросветлённости. Это – прерывистость не-учёных святых [архатов], место наитруднейшего прерывания. В общем, существуют три безрассудных заблуждения; обретение начального сердца первого ухода от мира изучающими Махаяну совершенно одинаково с видением Пути в Малой Колеснице. Однако не следует "уровню истины" шраваков. Они лишь от начального пробуждения сердца, то есть природа сердца скрыта только устремлённостью к "я" и не обретает проявленность; во время, когда узнают это, повсюду из связей рождаются [пять] скандх, [восемнадцать] миров и [двенадцать] мест, становясь непостоянными и с переменчивыми отличиями. Что же из этого можно созерцать, как становящееся божественным ["я"]? Когда создаётся подобное устремление, исчезает исходная нерождённость божественного ["я"], простираются бесчисленные сети видения, а чистое просветлённое сердце производит увеличение ясности малых разделений. Посредством обретения силы просветлённого сердца перестают следовать ступеням Двух Колесниц [– Шравакаяна и Пратьекабуддаяна]. Сверх того, этот практикующий получает плод Дхармы; когда он отправляет все уровни [тридцати семи] разделов Пути с сердцем в дхьяне, то, хотя и не пробуждает всех внутренних устремлений к "я", хотя сердце и пребывает в Дхарме дхьяны мудрости, но неспособно быстро достичь бодхи. Поскольку отсутствуют умелые истинные способы, именуется "отправлением практик останавливания". Тем не менее постепенно отстраняясь от трёх [безрассудных] заблуждений нижних уровней [– шраваков], уходят от порождения двенадцати причин и связей – зёрен исходной непросветлённости кармических чувственных страстей. Подобные глубинные дхармы обладают постоянной природой и обликом как при наличии Будды, так и при отсутствии Будды.

Как было изложено ранее, различные выкладки школ о чистоте созданного и нечистоте не созданного все не соответствуют [истинному] облику. Вплоть до индийских мудрецов с длинными ногтями Сайника, – великих учителей, толкователей всех шастр, никто не в состоянии усовершенствовать это, хотя и [извлекают] полезные корни мудрости собственного сердца, и тянутся к истинно-сущему всех дхарм. Значение двенадцати причин и вещей пространно разъяснено в "Изложенной Буддой сутре о рисе и батате" и других сутрах. Относительно сказанного "исполненный и уединённый": "уединённый" означает "нерождённый". То есть заблуждения и страсти в основе Пяти Корней и следование чувственным страстям в ста шестидесяти [состояниях] все и повсюду нерождённы, поэтому и названо "уединённым". "Исполненный" имеет значение "глубокий". Например, [даже] обратившись к чистой пучине [пруда в] десять тысяч мер (清潭萬仭) с ясной бесстрастностью проницательного зерцала, всё равно невозможно постичь – насколько она глубока. Поэтому в изложении о переходе реки тремя зверями333 каждый из них следует отпечаткам следов. Лишь один великий благоуханный царь слонов смог постепенно войти в глубину и достичь дна. Люди этих трёх колесниц обретают [понимание] истинно-сущего всех дхарм посредством невысказываемого [словами в] изложении Пути. Соответственно, шраваки входят в природу Дхармы наиболее мелко, поэтому, страшась и опасаясь рождений и смертей, думают, что смогут сами обрести нирвану, порождая мысли о прекращении переходов (нирване). Вхождение пратьекабудд более глубоко, поэтому у них меньше беспокойства и торопливости в отношении рождений и смертей; и всё же они не в состоянии пробудить великое сострадание посредством сил упая. Когда бодхисаттвы [обретают] просветление в этой Дхарме, они постепенно снимают загрязнения с сердца и знают, что с этим постепенно проявляется чистое сознание. В это время, обретя силы сердца бодхи, способны разъяснять всевозможные прохождения врат с помощью пути не-пребывания. Поэтому, хотя и находятся совместно в единой Дхарме, тем не менее существуют различия высокого и низкого.

0

156

Сказанное в сутре: "…непостижимо для [приверженцев] Внешнего Пути…"; в этой школе рассматриваются две разновидности Внешних Путей334. Внешняя видит прозрачную пучину, заранее возбуждает страх и ужас и уже не приближается. Внешняя способна в ней радостно плавать, прекращает увлечённость, стирает грязь и обретает чистую и свежую радость; тем не менее не знает, что в ней пребывает царь бесчисленного множества сокровищ. Первая не входит – потому не узнаёт; другая, хоть и входит – всё равно не узнаёт. Поэтому все Внешние Пути неспособны узнавать. "…будучи лишена всяческих оплошностей, как учили предшествовавшие будды". Все будды десяти направлений и Трёх Миров увлекают заблуждающихся существ к выходу из горящего дома лишь через эти врата. В этом месте нет препятствий и загрязнений, отсутствует возникновение пустых рассуждений, поэтому все различные учителя, [разъясняющие природу] причин способны не допускать оплошностей. Тем не менее если препятствия Дхарме335 ещё не превзойдены, это пока нельзя назвать истинно-чистым сердцем бодхи. Лотос хоть и выходит из грязи, но остаётся в воде. Поэтому в сутре сказано: "…в сердце ушедших от мира [и устранившихся от зла] рождается представление о пребывании в [действительно существующих] скандхах". Хотя в йоге практикующих и проявляется сердце глубинной уединённости336, переправляясь к цели ("делу")337, из-за того, что в сердце остаются корни, пыль и мысли, устрашаются всего наличествующего и потому прилепляются к отсутствующему. Сверх того, посредством сил просветлённого сознания, естественным образом независящего от прочих учений, рождается соответствующая мудрость. В способности к уравнению скандх пробуждается это сердце; практикуя упая устранения и приближения, в пяти видах уподобления созерцают бесприродную пустоту. Созерцание "людской пены" из первой строфы: плывущая по водной поверхности пена принимает различные формы для смотрящего глаза, однако если [в каждой из них] искать истинную природу, в конечном счёте ничего не получится, – так же, как с тенями форм. Они не могут не рождаться из пыли, или из мелочей, или из связей.

Рождение рождения связей не имеет природы. То есть, эта форма исходно нерождённа. "Плавающие пузыри" из следующей строфы: пузырьки появляются на поверхности воды летом, когда идут проливные дожди. Зависят от связей существ, рассматриваются [по положениям] четырёх строф338, подобны не имеющим возникновения и разрушения; таковы и обретения теней (скандх); все горести, радости и прочее рождаются от взаимодействия чувств и пылинок (6 сознаний, 6 пределов). Следование связям не имеет природы; иными словами, это обретение исходно нерождённое. "Солнечное пламя" из следующей строфы: [когда] лучи солнца заглядывают на землю, [ещё покоящуюся под] весенней луной, [то видят её] подобной воде. Жаждущие заблуждений порождают устремляющееся сердце, которое мчится к обликам. Попусту напрягаются и, чем дальше идут, те более далёким [всё представляется]; таковы рождённые существа, не знающие пустотной природы возникающих связей и рождающие мысли о наличии вещей ("дхарм"). Если они прозреют к истинно-сущему, то облик [наличествующих вещей предстанет перед ними] исходно нерождённым. Далее, "банановое дерево"; человек ищет в нём твёрдую истинность и рассекает его на части, разбивает в пыль и всё равно ничего не обретает, – таково и практикование теней (скандх); даже малейшее движение [с целью] переправиться в пределы движений не может не рождаться из связей [живых] существ. Рождённые связи бесприродны, соответственно их практикование – исходно нерождённо. Далее, о "призраках"; мирская сила колдовства и ворожения покрывает человеческое сердце сомнениями, проявляя всевозможные неслыханные вещи; таково затмение разума. Из неясности единой мысли призрачное сердце сперва выходит в Три Мира. Глубоко изучив их исходную основу, [поймёшь, что] нет ни рождения, ни разрушения, ни прошлого, ни будущего. К тому же, следует знать, что это рождается из связей существ и не имеет самоприроды, а, значит, исходно нерождённо.

Хотя в сутрах шраваков [т.е. Хинаяны] и изложены эти Пять Уподоблений, однако сводится к тому, что смысл – в отсутствии "я". Действительное же значение этих Пяти Уподоблений проясняют пустоту природы всех скандх. Это следует помнить, созерцая пять скандх. Двенадцать Вхождений, Восемнадцать Миров, Шесть Вхождений, Двенадцать Связей и прочее, – всё следует пространно и подробно истолковывать, как это сделано в великих [сутрах] праджня-[парамиты]. Когда практикующий созерцает подобным образом, из врат отсутствия природы приходит к пустоте всех дхарм; отстраняется от односторонней привязанности к дхармам и обретает полное постижение природы сознания. Его не поколеблет ни мир скандх, ни осуществление, ни осуществляемое, потому и называется: подтверждение мира природной уединённости. Когда подтверждается этот мир, понемногу превосходятся пределы мира Второй Колесницы. Хотя лотос ещё и не раскрылся, но он понемногу выходит на чистое течение. Так и с практикующим: сердце его ещё пребывает в скандхах, но уже не в грязи. Поэтому именуется "сердцем вышедшего из мира". Если воспользоваться правильным переводом, то следовало бы назвать "сердцем, возвысившегося над миром".

0

157

"О, Повелитель Тайн, отстранение от чередования восьми сознаний удалённости и последовательности, избежание сети чувственных страстей кармы…". Как было истолковано ранее, возврат к зависимости от трёх сокровищ – зерна, корней, болезней ("оспы"), практикование доброго учения ради колесниц людей и небо[жителей] именуется "восемью сознаниями всех последовательностей мира". Если же из значения Пути первого пробуждения Трёх Колесниц, из зерен исходной неясности чувственных страстей кармы извлечь [то зерно], что порождает двенадцать причин и связей, то достигнутое именуется "восемью сознаниями удаления от мира". Во всех степенях и разделениях, – будь то взирание на Путь, практикование Пути, или прочее, в каждом личном ("собственном") должны существовать восемь сознаний.

Практикующий Махаяну, окончательно достигнув пустотности природы всех скандх, ничего не получает и ничего не отбрасывает во всех дхармах. Напротив, отстранение от восьми сознаний удалённости и последовательности, а также от двух видов сети кармических чувственных страстей – привязанности к "я", или скандхам, именуется йоги: практикованием, превосходящим всё это. В соответствии с надобностью переводится и как йога. В женском роде говорится йоги339. Так называемые "надобности" понимаются в соответствии с практикой, или созерцанием. В соответствии с обычным толкованием, эти бодхисаттвы с [момента] первого пробуждения и поныне перешли одну великую асамхьяка-кальпу и [всякими] средствами подтверждают мир естественной безмятежности. Сейчас в сокровенной школе только-только перейдены [и отброшены] безрассудные заблуждения первого слоя, то есть превзойдена одна асамхьяка-кальпа. Практикующие ещё не перешли этой кальпы, когда же выйдут на уровень, равный пратьекабуддам, то будут названы местами совершенно неизрекаемыми и неистолковываемыми. В это время сердце упорно придерживается ("останавливается") бессущностного облика дхарм. Если [подвижники Мантраяны] теряют упая, то, следуя многим стадиям Второй Колесницы, подтверждают Малую Нирвану. Однако [они], посредством силы просветлённого сердца, способны пробуждать сострадание. После этого постигают начало тропинок (т.е. разделений) трёх колесниц. Тем не менее созерцаемая полная пустота человеческих дхарм, становление истины ещё не далеко отлично от Сатьясиддхи и других школ. Они всего лишь отправляют созерцание равенства, привязанные к принципу частичной ("искривлённой") истины340. Поэтому о сознании трёх колесниц, выходящем из мира в начале, в середине и в заключении, толкуется обобщённо в единой [а]самхьяка-кальпе341. Достижение второй [а]самхьяка-[кальпы] – отличие от Второй Колесницы.

"Далее, о, Повелитель Тайн, есть практикующие Махаяны. Они проявляют сердце, не привязанное [к прочим] Колесницам, [для которого] в дхармах нет природы я. Отчего? Потому что они, отправляя практики древности, созерцают [сознание]-алая в скандхах и знают, что его само-природа подобна призракам, солнечному пламени, теням, огненным колесницам, замкам Гандхарва". То есть здесь, на втором слое проясняется созерцание природы отсутствия "я" в дхармах. Звучащее на санскрите апара означает "отсутствие". Так называемая "колесница связей других" есть дача великой клятвы равенства, практикование Пути бодхисаттв ради рождённых существ мира дхармы, принятие посредством всевозможных упая всех ещё не вступивших на истинный уровень: от [последователей] Второй Колесницы до последних иччхантиков, введение их в [Великую] Колесницу повсеместно и равным образом. Такое великое сострадание при отсутствии связей именуется "колесницей связей других". И ещё о "колеснице отсутствия связей"; достигнув [второй а]самхьяка-[кальпы], впервые становятся способны созерцать сознание глубоких подробностей адана; в трёх мирах – единое сердце; вне сердца невозможно обрести ни единой дополнительной дхармы; вступают в колесницу этого сердца без связей, практикуют к тому же Путь великого бодхи, поэтому и зовётся "колесницей отсутствия связей"342. Сердце этой колесницы есть природа дхарм с отсутствием "я" (дхарма найратмья). Когда в первую кальпу практикующие отправляют созерцание, сердце погружается в пять скандх и поэтому через пять разновидностей Врат Пустоты с отсутствующей природой созерцают дхармы, у которых нет "я". Однако если стремиться к Срединному Пути рождённых существ, будешь принадлежать к сиддханта (悉檀) излечивания [недугов сознания]343. Если же лишаются способов, [изобретаемых] мудростью344, то называются людьми широких путей по разбросанным направлениям, пустыми, со злыми умыслами, следующими прерываниям и разрушениям (уччхедавада). Сейчас облик пустоты необретаемой Великой Колесницы также необретаем345. Хотя и созерцают все дхармы, как не наличествующие, однако и во всех дхармах отсутствует пустотность. Поэтому на Пути отстранения от наличия, отстранения от отсутствия созерцают дхармы без природы "я". Стремясь снять препятствия знания346, следуют учениям и практикам всех бодхисаттв древности и созерцают алая в скандхах.

Восемь Сознаний, Три Природы347, Три Отсутствия Природы348 в "Ланкаватара–", "Самдхинирмочана–" и прочих сутрах все несут тот же смысл. Сказанное в сутре: "…зная само-природу…" [означает] знание того, что в Трёх Мирах [пребывает] лишь сознание. Все уподобления – призракам, солнечному пламени, теням, огненным колесницам, замкам Гандхарва – есть рассуждения о наличии и отсутствии349, проясняющие смысл появления разделений и связей алая в скандхах. Опять-таки, в особенности таковы пять уподоблений начала прежней кальпы значению созерцания пустотности отсутствия природы. Значение [слова] алая – "сокровищница", а в правильном переводе – "комната". Все скандхи этой алая имеют три вида значений. Первое значение – разделения; второе значение – причины и связи; третье значение – истинная действительность. Как сказано в гатхе "Стремления к истинной действительности" в "Трактате о пышной торжественности Великой Колесницы"350, "следует знать, что отстранением от двойственности, заблуждений и зависимости, отказом от поучений и пустой болтовни [обретается] становление истинной действительности во всех Трёх Природах". "Отстранение от двойственности" есть истинная действительность природы разделений, поскольку возможность обретения и обретаемого в предельном счёте отсутствует. "Заблуждения и зависимости" есть истинно-действительная природа зависимости от иных [возникновений], так как из-за этого возникают все разделения. "Не поучать и не болтать попусту" есть истинная действительность истинно-действительной природы.

Поскольку зависит от само-природы отсутствия пустых рассуждений, далее изложены уподобления стремлениям к истинной действительности. В гатхе сказано: "Подобно учителю, вызывающему призраки, посредством сравнений излагающему разделения пустых [выдумок] (абхута-викальпа), толкует о двух видах заблуждений при помощи уподоблений, похожих на духов всех вещей". Истолковывая, говорю: благодаря силе чародейского искусства учителя в призраки превращаются деревья, камни и прочее; так и природа зависимости от другого, [возникающая из] разделения пустых [выдумок], подобно заблуждениям от причин. Пробуждение всевозможных разделений производит опрокинутую причину. Опять же, как проявляются различные облики, золото и прочие формы [от воздействий] призрака, так и пробуждаемая природа разделений. Двойственность и заблуждения проявляются постоянно, поскольку способны брать и быть взятыми.

В следующей гатхе сказано: "Поскольку уподобляемо такому отсутствию сущности, обретают вхождение в первое значение. Поскольку это обретаемо, достигается действительность мира истины". Скажем о значении в ней содержащегося. Подобно тому, как в этих призраках и призрачных делах нет действительной сущности, так и в двойственном облике разделений при зависимости от прочего так же нет действительной сущности. В следовании этому принципу Пути обретается достижение истины высшего ("первого") значения (парамартха-сатья). И ещё, подобно тому, как следует обретать [видение] сущности и призраков, и призрачных дел, это уподобляется пустым и глупым разделениям. Следуя принципу этого Пути обретается достижение действительности истинного мира.

0

158

И ещё в гатхе сказано: "Поскольку эти вещи бессущностны, обретается истинно-действительный предел; из-за подобного опрокидывания зависимости351 обретается значение истинной действительности". Истолковывая, говорю: если человек поймёт, что его призрачные дела бессущностны, то обретёт истинные пределы деревьев и всего прочего. Если все бодхисаттвы постигнут, что двойственность и заблуждения бессущностны, то, перевернув зависимость, обретут [видение] значения природы истинной действительности.

И еще в гатхе сказано: "Такие вещи пребывают в этом месте. Их сущность наличествования также отсутствует; поскольку нет наличествующей сущности, истолковывается, как призрачное". В этой гатхе разъясняется, что имеющиеся призрачные вещи не наличествуют. По какой же причине призрачные обликом вещи, [о которых] говорится, [что они] есть, проявляясь в этих местах [оказываются] неналичествующими? Их истинная сущность необретаема, а потому наличествующая сущность и отсутствующая сущность недвойственны; следуя такому значению и то, и другое толкуется как призрачное.

И ещё в гатхе сказано: "И в бессущности нет отсутствия сущности; отсутствие таковой есть [наличие] сущности. Бессущностность и [наличие] сущности – это недвойственность. По такой причине толкуется, как призрачное". В этой гатхе разъясняется, что призрачные вещи не наличествуют, и всё же присутствуют. Отчего же тогда о неналичии говорится, как о бессущности этих призрачных вещей, так как [в них] нет истинной сущности? Тем не менее о наличии говорится, как об отсутствии бессущности у призрачных вещей; поскольку облик проявляется, бессущностность и наличие сущности образуют недвойственность. Из-за такого значения и то, и другое толкуется, как призрачное, а эта призрачность уподобляется всем скандхам. Поэтому следует знать, что пустые и неумные разделения и есть, и не есть. По какой же причине? Несмотря на проявление этих двух образов [наличия и отсутствия], из-за необретаемости истинной сущности наличествующая сущность рупа и прочего становится бессущностной. Далее, пустые и неумные разделения не есть, и в то же время есть. Отчего? Будучи двумя, они лишены истинной сущности; тем не менее поскольку проявляют облики, – наличествуют, поэтому бессущностность и наличие сущности у рупа и прочего толкуется, как недвойственность. Из-за недвойственности этих наличия и отсутствия в Малой Колеснице возникает препятствие осмыслению угасания и исчезновения, доходящего до возможности [неверных] построений и клеветы. Соответственно, из-за бессущности и познание отсутствия сущности не ведёт к становлению успокоенности. Из-за наличия сущности знание истин мира отрицает необходимость клеветничества. И ещё, поскольку эти два не существуют раздельно, нет необходимости входить в нирвану Малой [Колесницы], столь избегающей сущности. Ещё в этой гатхе сказано: "Толкуют, что по причине заблуждений существуют два: призрачные образы и восприятия призраков; хотя двойственность и отсутствует, тем не менее воспринимается, как наличие двух; толкуется подобно тому, как облик костей352 и восприятие костей видятся, как два; хоть и не два, но следует разъяснять, как два". Сказанное о значении предыдущей гатхи: из-за заблуждений люди [пребывают] среди призрачных образов и в призрачном восприятии; [здесь же] толкуется о двух вещах: способности принимать и быть воспринятым. Хотя двойственности и нет, следует понимать, как два, поскольку проявляется посредством заблуждений. Таковы практикующие созерцание, о которых сказано в следующей гатхе. Толкуется о том, что в облике костей и в восприятии костей посредством знания существуют две вещи: способность видеть и видимое. Хотя этой двойственности и нет, следует воспринимать, как два, поскольку они проявляются через видение.

Спрашивая, говорят: какими дхармами исправляется такое видение? Оттого в двух гатхах толкуется так: "Соответственно, следует знать, что исправляемая сущность есть облики заблуждений этих дхарм. Сущность такого рода, пребывая и отсутствуя [в своей] бессущностности, подобна призраку. Соответственно, следует знать, что способная излечивать сущность – во всех дхармах мыслей, мест и прочего. Такая сущность не имеет облика и подобна призраку". Говоря о смысле первой гатхи: какова исправляемая сущность? Это – облик дхарм заблуждений. Он бывает то такой, то эдакой сущности; тем не менее толкуя о подобных сущностях, следует [считать их] существующими. Из-за ложных и глупых разделений толкуется об отсутствии и наличии; поскольку отсутствует разделение на две сущности – способность воспринимать и воспринимаемое, а также бессущностность, наличествующее также становится подобным призраку, – поэтому толкуется, что эти облики призрачны. Говоря о смысле второй гатхи: сущность способная к исправлению есть все дхармы. Изложенные Буддой в разных местах и с разными мыслями то те, то эти сущности все подобны призракам. Отчего всё воспринимаемое недалёкими людьми обладает той, или иной сущностью, а излагаемое всеми буддами – ни той, ни иной сущностью? Хотя эти сущности и не имеют облика, тем не менее почитаемый миром Будда изволил указать и проявить вхождение в чрево, выход в рождение, уход из города и оставление семьи, становление истинного знания353. Хотя и безòбразное, оно проявляет облик; по этой причине подобно призраку.

0

159

Спрашивая, говорят: если все дхармы одинаково призрачны, по какому значению исправляют одни, а по какому – другие? В ответ в гатхе сказано: "Уподобим следующему: как сильный царь призраков заставляет отступать прочих призрачных царей, так и чистые дхармы способны истощать дхармы загрязнённые". В соответствии со значением этого, хотя бодхисаттвы и отправляют дела живущих, они к ним не пристают. В данном трактате354 разъясняется, что созерцание алая в скандхах даёт понимание призрачности само-природы, что полностью соответствует [изложенному] в сутрах. Поэтому выдаётся столь подробно. Следует знать, что "солнечное пламя, тени, огненные колесницы, замки Гандхарва" должны быть истолкованы столь же обширно. Среди Пяти Уподоблений предыдущей кальпы были пузырьки и банановые листья. Три вещи, о которых не было сказано, ещё более расщепляют дхармы, проясняя пустоту отсутствия природы. Тем не менее значение сравнений с призрачным пламенем и прочим проясняют пустоту единственно-сознания отсутствия пределов355 труднопостижимой сущности дхарм356. Так что об этом не сказано, поскольку облик пыли [непрестанно] превращается357. Когда практикующий постигает все скандхи, как единственно сознание, он узнаёт само-природу Дхармы. Когда он ещё не знает этой само-природы, он боится следовать наличию обретаемого и поэтому не в состоянии созерцать наличие, полностью исчерпав принцип; боится следовать прерыванию и уничтожению и поэтому не в состоянии созерцать пустоту, полностью исчерпав принцип. Видение лишь наличествующего не [приведёт к] прояснению; видение пустоты также не исчерпывающе. Сейчас посредством врат этих призраков и прочего высветляют [для себя], что наличие и пустота недвойственны; однако и облик двух пустот – людей и дхарм – не связан с сердцем, но именуется поистине входящим в пустоту Дхармы, поскольку просветляет природу только-сознания, [как тончайшее присутствие истинной пустоты].

В сутре сказано: "Повелитель Тайн, отбросив подобным же образом [и мысли об] отсутствии я, пробуждаются к исходной нерождённости собственного сознания в само-пребывании Повелителя Сердца". Повелитель Сердца есть Царь Сознания. Чистые деяния, не имеющие препятствий [в виде] наличия, или отсутствия, без загрязнений в сердце, способны к становлению в следовании смыслу. Поэтому сказано, что Повелитель Сердца имеет само-пребывание. Наличие само-пребывания у Повелителя Сердца проясняет то, что чистое сердце бодхи раскрывается ещё с одним поворотом358, а победа обретается уже в предыдущей кальпе359. Царь Сознания берёт свою чистоту от основы природы воды в пруду: [стремление] вычистить [двойственность из] многочисленных сердец (чаитта) ещё более показывает [исходную] чистоту каждой песчинки. Потому, когда природа такого [сердца] чиста, способны сами постигать исходную нерождённость сознания. Отчего? Поскольку сердце необретаемо ни в предыдущем, ни в последующем случае, его можно сравнить с великим морем, волны которого возникают от [различных] условий; у него нет ни предшествующего, ни последующего, однако природа воды не такова. Когда волны возникают от условий, у природы воды нет отсутствия предыдущего; когда исчерпываются причины и связи волн, у природы воды нет отсутствия последующего; таким же образом и Царь Сознания не имеет "до" и "после"; прерывая эти "перед" и "потом", [он] встречается с ветром предельного мира и, хотя и возникает и разрушается, следуя связям, природа сердца постоянна и не имеет рождения и разрушения; постигнув исходную нерождённость этого сердца, повсеместно [сможешь] входить во Врата Знака А360. Отстранение в этот момент от мельчайших устремлений высших чувственных страстей в мельчайших песчинках 160-ти сердец называется второй асамхьяка-кальпа. Поэтому в сутре сказано: "…знание… природы своего сердца… есть практика йогина, проходящего вторую кальпу". Значение причин и связей кругов рождений бесцельных возникновений и смертей и прочего обширно разъяснены в "Шримала-дэви-симханада-сутре", ["Трактате о] Драгоценной Природе"361, "Трактате о природе Будды"362. Растолкуем подробнее, поскольку сейчас станем выяснять значение [положений] школы [Мантраяны].

Однако будущее не выдаст нисколько добра, если заглядываешь в начало, а затем ждёшь конца; до превосхождения препятствия двойственности – наличия и отсутствия в человеческих дхармах, в школе [остаётся] предельно очевидно: хотя поворачивают тонко, поворачивают глубоко, это исправляет накипь вне сердца, но не раскрывает всевозможные чудесные дела внутри сердца. Следует растолковать последующее направление. Если не будет таких рассуждений, все предыдущие занятия превратятся в простую забаву и не станет возможности постичь их тонкое [значение].

0

160

В сутре сказано363: "Далее, о, Повелитель Тайн, все бодхисаттвы, отправляющие практики Врат Мантр на протяжении бесконечных, неисчислимых сотен тысяч кальп, скопившие бесчисленные добродетели и мудрость, все они посредством этих практик обрели всевозможные прозрения и упая". Желая высветить сердце, превосходящее эту третью кальпу, слышащие и видящие с верой и радостью выказывают глубокое почтение, поэтому прежде всего восхищаются такими тончайшими добродетелями. Следует знать, что, подобно бодхисаттвам в других учениях, есть практикующие Путь, исправляющих упая и постепенно стирающие грязь с сердца; проходя бесчисленные асамхьяка-кальпа, есть достигающие [состояния] бодхи, а есть недостигающие. Сейчас не все бодхисаттвы этого учения таковы; вступив же в колесницу Мантра[яны], немедленно вступают в [начальное бхуми] – Врата Чистого Сердца бодхи. Когда видят Чистый Путь такого сердца, естественным образом исполняется счастливая мудрость практик всех бодхисаттв в бесчисленных кальпах. Сравним с человеком, который на корабле и повозке странствовал по трудным и опасным ("злым") путям и обрёл прохождение 500 йоджан. И другой человек, разом оседлавший божественные силы, мгновенно пролетает [это расстояние] по воздуху. Хотя нет разницы в достигнутом месте, способ ("Закон") перемещения совершенно отличный. Опять же, Почитаемый Миром выше пространно излагал все облики сердец; если бы все созерцающие и практикующие Врат Мантра[яны] не отправляли подобных действий в предельном мире, то непременно принимали бы недостигнутое за достигнутое, поскольку останавливаются на полдороге. Далее, подобно принцу [Святого] Царя, [Поворачивающего] Колесо [Закона]364, уже в период обучения [у него] присутствуют все [32 отличительных] признака. Хоть [он] пока и не управляет Четырьмя Континентами365, а научается искусствам, тем не менее располагает Семью Сокровищами и проводит становление деяний дома Святого Царя.

Отчего? По причине сущности Царя Колеса. То же самое, когда практикующий Мантра[яны] впервые входит в чистое сознание бодхи. Ещё практикуя деяния Самантабхадра среди существ в бесчисленных асамхьяка-кальпах и не доведя до полноты упая Великого Сострадания, [он уже обрёл] становление всех тончайших добродетелей Татхагаты. Почему? Поскольку обладает всей сущностью Дхармакая Вайрочаны. Потому в сутре и сказано: "на протяжении бесконечных, неисчислимых… кальп, … обрели всевозможные прозрения и упая". Опять же, когда впервые рождается царский сын, собирается много нага, божеств и разных людей366; так же и с первым пробуждением чистого сердца бодхи. Это – великая шарана367 ради небожителей и людей нашего мира, сбивающихся с истинного пути. Когда сердце практикующего просветляется от того, о чём говорят ("высветляют") все трактаты, это называется [состоянием] Будды. Поэтому, хотя все шраваки и пратьекабудды – Шарипутра и прочие, и обрели силу мудрости, не будучи способны её измерить, они, как сказано в сутре, должны, превзойдя, выйти из этого состояния. Когда они уже обретут это сердце практикующего, то узнают, что Чистая Земля Шакьямуни неразрушима, увидят, что вечное и пространное, исходное тело Будды равно пребывает в одном месте со всеми бодхисаттвами, появившимися ("струящимся ручьём") из-под земли.

Хоть и говорят, что те, кто практикуют исцеляющий Путь, примыкают к достигающим просветления [всего за одну жизнь, я] не знаю ни одного такого368. Поэтому такие вещи называют тайными. И ещё, эти бодхисаттвы способны в пределах чистого сердца устаивать собрания всех будд и бодхисаттв повсюду в десяти направлениях Мира Дхармы369; сами способны паломничать повсюду в десяти направлениях, поклоняться всякому доброму знанию в стремлении к Истинному Закону. Все небожители и люди мира, постигающие всё сами и в одиночку, неспособны это узнать. Из-за [опутывающих их] причин и связей именуется тайной. Хоть и сказано, что во второй кальпе переходят уровень Второй Колесницы, что Субхути и прочие способны получать божественное достоинство будд370; человеческий же закон, хоть его и толкуй расширенно, допускает ошибки сердца в отношении этой единой сокровенной Колесницы; поскольку не знают осмысленного, [в этой сутре] уровень шраваков и пратьекабудд назван переходным. Иногда все небо[жители] благородного достоинства повсеместно порождают почтительную веру, несмотря на то, что не видят мест пребывания сердца бодхисаттв371. Поэтому Шакра-деванаминдра изрёк следующее: "В скором времени эти высшие люди станут буддами. Тогда нам следует преподнести им траву [куша] доброго предзнаменовения". И Четыре Царя изрекли с той же мыслью: "Если эти бодхисаттвы станут буддами, следует поднести им [в дар] миски". И Царь Брахма с той же мыслью [изрёк]: "Если эти бодхисаттвы станут буддами, следует испросить у них поворота Колеса Дхармы". Потому говорится о восхвалении и почитании, о том, как восторгаются добродетелью вхождения во Врата Мантра[яны]. Что же до того, посредством каких дхарм практикующий входит в эти Врата, то в сутре сказано: "…природа которого – пуста…". Пустота природы значит то, что собственное сердце пустотно повсюду. Сказанное выше о неизмеримости, подобной пустоте [всех] мест, и истинном познании проявленного есть сравнение с таким сердцем.

0


Вы здесь » КОВЧЕГ » Городской бомонд » Тантра