КОВЧЕГ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КОВЧЕГ » Городской бомонд » Тантра


Тантра

Сообщений 141 страница 150 из 567

141

Сказанное в сутре "…мудрые, …видящие" – указание на один из Внешних Путей: в теле содержится мудрость, способная познать страдания и радость. Некоторые считают, что способность видеть – это и есть истинное "я"; как сказано в "[Да-]чжи ду[-лунь]"270, различающие глазом формы есть видящие, знающие благодаря Пяти [Органам] Восприятия есть видящие, – всё это указывает на "я". Наименования меняются в следовании вещам. Критикуя, говорят: если считаете это за "я", тогда не есть ли и знание от способности слышать и чувствовать на вкус также "я"? А если всё это так, то обширный мир Шести Корней [– органов] совместно не познает облики, так как одно не может создать шесть, а шесть не в состоянии создать одно. Равно заблуждению считать, что в "я" чего-то не содержится. Потому следует знать, что корни[-органы] и пылинки[-скандха] находятся в согласии, мудры и видящи; иного же "я" не существует.

Сказанное в сутре: "…способные привязываться, …подверженные привязанностям"271; кое-кто на Внешних Путях говорит, что, отстранение в теле от разума и сердца есть отдельная способность к привязанностям, то есть это и есть истинное "я". Способность перемещать тело, слово и мысль создаёт все кармические дела. Другие же толкуют: способность к привязанностям есть сознание сердца. Обширный мир, подверженный привязанностям, именуется истинным "я". Это "я" присутствует повсеместно. Более того, внутренняя и внешняя природа тела, восприятия, сердца, дхарм не имеют само-природы, рождаемой от всех связей. В них никак не обретаема способность привязываться и подверженность привязанностям, а уж тем более – "я"! Эти воззрения возникают от того, что не созерцают само-природу "я".

Сказанное в сутре: "…внутренняя мудрость, …внешняя мудрость", – иное название "мудрых". Подразделяются на два вида: одни говорят, что внутренняя мудрость есть "я", то есть в теле присутствует отдельная внутренняя просветлённость, – истинное "я". Иные говорят, что "я" – во внешней мудрости. Способность постижения обширного мира внешней пыли[-скандха] и есть истинное "я".

Сказанное в сутре: "жнятван" по большей степени совпадает с "мудростью" школ Внешнего Пути. Указано отдельно лишь оттого, что есть отличия в разных направлениях.

Сказанное в сутре: "мануджа"272: в [35-м свитке "[Да-]чжи ду[-лунь]" переведено, как "человек"; это – человеческие привязанности. Переводя точнее, следовало бы сказать: "человеческое рождение". Это – разновидность воззрений, связанных с само-пребывающим небо[жителем Махешвара]. Поскольку человек рождается от человека, дано такое название. Трипитака Сань-цзан из Тан писал "рождение ума", но это не[верно]. Его смысл – манас, [теперь его называют ману]; изменив звучание [придали] иное значение; это ошибка.

Сказанное в сутре "манобхах" (摩 納婆) есть разновидность Внешнего Пути небо[жителя] Вишну. При верном переводе следовало бы назвать соответствующим "Победоносным я", поскольку "я", [по их мнению] – главное и довлеющее в теле и сердце. Постоянно пребывая в сердце, "я" должно созерцаться, как [маленькое], всего в один цунь. В [12-м свитке "[Да-]чжи ду[-лунь]" говорится: некоторые считают, что божественное пребывает в сердце; оно чрезвычайно мало и походит на росток. Будучи чистым и свежим, именуемо "чистой рупа". Или – как зёрнышко, потому и говорится "один цунь". Когда впервые получают тело, [это божественное] получается, как присутствовавшее ранее; уподобляют костям слона. Это так же величественно, как тело слона после его становления. Танский Трипитака перевёл, как "слабый ребёнок", но это не так. "Слабый ребёнок" на санскрите звучит манубхах (摩孥婆). На  (納) имеет другое значение, это ошибка. <Два данных названия – разъяснение просветлённого ачарья [Ваджрабодхи].>273
Сказанное в сутре: "порождение постоянного установления" есть убежденность [одного из] Внешних Путей, что "я" – это постоянное пребывание; его не следует разбивать и разрушать; оно постоянно, будучи рождено естественным образом и вторично не родится, – отсюда и такое название.

Сказанное в сутре: "слышащие и не слышащие"; "слышащие" есть один из взглядов Внешнего Пути. Раз есть слышащие и проявляющиеся, то сущность слышимого исходно существует. Она ждёт связей и ими проявляется; природа же сущности [слышимого] присутствует постоянно. Раз есть рождение слышимого, оно исходно рождённо, ожидает связей и ими рождается. Рождается, но пребывает постоянно. В этих [взглядах] есть много отличий, и они повсеместно и пространно комментированы. "Не слышащие" – противоположность выше[изложенному]. Считается, что слышимое – постоянно и повсеместно; в этой же школе оно отбрасывается и отрицается, так как пребывает в следовании недобрым, злым дхармам. Истинно то место, где отсутствует знак слышимого.

Сказанное в сутре: "Повелитель Тайн, такого рода всевозможные разделения я с древних пор соответствуют различениям обликов и требуют освобождения [от привязанностей на основе] должного принципа" означает, что в ней вкратце изложены 30 подходов [Внешних Путей]. Если бы рассматривать их по отдельности и подробно, не хватило бы ни места, ни времени. Подобно тому, как человек сидя обретает четвёртую дхьяну, так же постигается истинная суть этих учений. Либо же существует такое воззрение. "Я" есть обретение такой дхьяны. Таким образом, всё прочее есть разделения этого "я" и соответствие обликам. Следует знать, что, по причине не созерцания истинного облика "я", такой взгляд излагался, как основополагающий с бесконечной древности. Каждый "Великий Учитель" и "Бхагаван", способный практиковать йогу, открыто учил этой Дхарме ради [существ] этого мира. Вот только они считали, что лишь это и есть предельный Путь; думали, что кроме него нет Пути. Подобно тому, как было во время начальной кальпы, существовало одно единое божество ("небо"); сперва родился мир Брахмы и его мысль: "Если бы помимо меня были рождённые существа, возникло бы совместное пребывание со мной; разве было бы нехорошо?!" В то время были небо[жители] верхнего мира, прибывавшие и рождавшиеся там по окончании жизни. Ранее родившийся, размышляя, говорил им: "Из-за силы моей мысли вы обретаете рождение здесь, вы рождаемы от меня". Такие мысли обретали становление, а подобное поклонение часто давало рождение многочисленным "я". То есть, осмыслялся порядок следования обликам, и стали считать, что, действительно, "я" существовало изначально. С тех пор считалось, что небесный царь Брахма часто создавал миры. Нет нужды объяснять и записывать подробности рождения таких изменчивых, меняющихся взглядов. "Стремиться к вимокша, упорядочивая Принцип", собственно – упорядочивание Принципа на санскрите называется йогин. Таковы те, кто с седой древности практикуют йогу. Таковые обретают истинную вимокша; это считается "школой десяти тысяч вещей". Сейчас мы следуем порядку таких практик и, устремляясь к вимокша, станем излагать соответствующим образом. Выше я описал сознания ложных принципов, разбивающие и уничтожающие причину и плод внешнего и внутреннего. Далее освещу сознание начального следования Принципу. Порядок [следования] – Восемь Сердец этого мира.

0

142

15. Восемь Сердец проявленного мира

В сутре сказано: "Повелитель Тайн, одна из разновидностей по-детски глупых, заурядных людей подобна баранам. Иногда они даже порождают мысль о единой дхарме. Это – нечто вроде очищения. Они размышляют о таких мелких разделениях и много учатся, находя в этом радость. Повелитель Тайн, это – рождение первого ядрышка добрых дел"; среди животных природа баранов – самая низменная. Они думают лишь о воде и траве, а также о плотских утехах; свыше этого не знают ничего. По этой причине в [санскритских] писаниях Западной Стороны их уподобляют "по-детски глупым, заурядным людям", не ведающим причины и плода добра и зла. С бесконечной древности в этом мире такие люди носят имя "доброй дхармы изменяющихся и превращающихся обликов". Однако обладая сердцем ложного принципа, они неспособны к обретениям, каким бы различными ни были их устремления. Позже у них внезапно сами по себе рождаются мысли. Сейчас они умеренны в еде и [проводят] очищение; это – добрая дхарма. Всё же, пока что это ещё не Восемь Обетов буддийского учения. Накладывая на себя ограничения в пище, устраивая недостаток в еде и питье, они прекращают рождение страданий от привязанности к съестному. В этот момент рождается сердце, не привязанное к мелким разделениям. Такое сердце радуется, а, сверх того, обретает спокойствие и умеренность. Поскольку видит выгоды от этого, начинает изучать всё более и более. Так как впервые познаёт подробности причины и плода добра и зла, называется "зерновым сердцем"274. В сутре сказано: "Опять-таки, по этой причине в день Шести Очищений приносят жертвы родителям, друзьям и родственникам. Это – второй росток275". Относительно дня Шести Очищений276 в "[Да-]чжи ду[-лунь" сказано, что] святые начальной кальпы, [обладавшие] пятью чудесными силами, напрочь отвергали пищу в эти дни, упорядочивали добрые дхармы, а также избегали злобных демонов. Там всё изложено подробно. Видя, что от ограничений стремления к насыщению внутри обретается радость и польза, желают ещё настойчивее и упорнее изучать это, и в дни очищения отстраняются от личных вещей, чем заинтересовывают и Шесть Близких277. Не печалятся, так как обретают себе защиту. Сверх того, начиная любить других, подумывают о даче клятвы верности и долга. Поскольку видят причину и плод этого, порождают радость и веселье, которые всё увеличиваются. Это подобно появлению ростка из зёрнышка.

В сутре сказано: "Опять-таки, эти жертвы они приносят и не родственным людям. Это – третья разновидность, [подобная] стеблю". Желая становления доброй дхармы обретения очищения, изучают сознание не страждущее, способное к благодеяниям. Позанимавшись продолжительно, способны оказывать благодеяния и не родным людям. Видя выгоды от добродетельности равно благодетельного сердца, ещё далее и глубже пускают ростки добра. Эти ростки становятся пышными, однако ещё не дают листьев, поэтому и названо "видом стеблей".

В сутре сказано: "Приносят такие жертвы лицам с высокой добродетелью. Это – четвёртая разновидность, [подобная] листьям". Уже способны к благородным учениям и практикам. Благодаря такой причине, постепенно становятся способны выбирать в этом мире жертвование. Такие люди начинают практиковать высокую и победоносную добродетель. [Они считают:] раз мы не без удовольствия стали близки соответствию, следует возносить этому молитвы. То есть, постепенно открывается природа благодеяний, встречаясь с осмысленным восприятием добра.

В сутре сказано: "И ещё, приносят такие жертвы умелым и радостным людям – учителям, музыкантам и прочим, выказывая им своё уважение. Это – пятое, стелющийся цветок". Природа благодеяний постепенно раскрывается; мир (область) жертвований разделяется; видя обретения от выгоды других, [таких, как] учителя и музыканты, способных изменять великое множество [людей] своими умением и радостью, вознаграждают их способности. Подобных видов – большое количество, поэтому сказано "…и прочим". О "выказывании уважения": много взирающих и внимающих учителям мира, их высоко почитают обучающиеся и практикующие. Поскольку велико обретаемое от них благо, вызываемое истинными весельем и радостью, делаются такие подношения. Поскольку "я", как сознание во время такого подношения, многократно радуется и веселится, названо разновидностью цветка.

В сутре сказано: "И ещё, такими жертвами пробуждают любящее сердце и поклоняются ему. Таково шестое – становление плода". Это – созревание закваски изучаемого; ведь есть не только радость и веселье. Опять же, часть посредством нежного, любящего сердца делают подношения людям почтенных практик. И ещё, в зависимости от причин и связей прежде [сделанных] подношений обретается [способность] слышать о благоприятности дхарм, узнавать о приверженности в них победоносной добродетели, думать о способности выйти и отстраниться от прочих желаний, привыкать к обучению, возносить этому молитвы. Сперва стремились к зерну, теперь это – сердце становления плода.

"Далее, о, Повелитель Тайн, хранящие обеты для рождения на небесах – седьмой тип восприятия и пользования"278. Отправляя подношения, видя и зная их выгодность, делают слабыми причины и связи трёх недобрых свершений ("кармы") [тела, речи и мысли]. "Я" отбрасывается, настаёт пребывание в охранении обетов. Поскольку сохраняют обеты, в этом мире получают всяческие добрые выгоды, очень многое слышат, а тело и сердце успокаивается и радуется. Постепенно увеличиваясь и расширяясь, оно утверждается в добре. По завершении жизни обретают рождение на небе. Это подобно восприятию и пользованию мякотью созревшего плода, оттого так и названо. И ещё говорится, что из одного зерна возникает сто тысяч плодов; каждое семечко такого плода само даёт побег. Ширясь и развиваясь, они подымаются, и их не сосчитать. Сейчас это сердце восприятия и пользования становится зерном для следующего сердца. Потому и сказано "…вид восприятия и пользования".

0

143

В сутре сказано: "Далее, о, Повелитель Тайн, посредством таких сознаний перетекают из рождения в смерть, вращаясь между ними, слыша от добрых друзей такие слова. Это – небо[жители] и великие небо[жители], те, кто обретает всю радость. Если искренне возносить моления, осуществится всё испрашиваемое. [Великий] Свободный Небо[житель] – [Шива] и прочие… Выслушав такое, они привязываются сердцем к отбрасыванию нечистого, почитают процветание и последовательно практикуют. О, Повелитель Тайн, это именуется восьмым младенческим сердцем, бесстрашно обращающимся [между] рождениями и смертями, перетекая [из одного в другое], от детской недальновидности". Знают о необходимости молений, возносимых этим почтенным практикующим, видят способность рождения доброй выгоды от принесения обетов. То есть, постигают всевозможные причины и результаты ("плоды"). Сейчас доброе знание есть этот Великий Небо[житель], способный пробуждать всю радость. Если искренне возносить моления и делать подношения, обеты будут исполнены; услыхав это, становятся способными пробуждать сердце полного доверия (шарана279). Хотя ещё и не слышали Учения Будды, всё же все эти небо[жители] знают об обретении доброго результата посредством отправления добрых практик, верят во все победоносные поля, разделяя [их]. Опять же, услышав об утончённости буддийского Учения, непременно [становятся способны] к шарана и обретают веру. Поэтому [таковы] самые продвинутые ("наивысшие") мирские сердца. Спрашивая, говорят: ранее излагалось, что небо[житель] само-пребывания и прочие все воспринимают это ложно, а теперь – что полностью доверяют этому победоносному сердцу мира. В чём отличие от ранее [сказанного]? Отвечая, говорю: ранее речь шла о сердцах, не знающих причины и плода. Они воспринимают все дхармы, как сотворённые небо[жителем] само-пребывания (Махешвара) и прочими. Поскольку сейчас добрые корни созрели, в течении и круговороте рождений и смертей возникла тяга к бесстрашному доверию; [поскольку] возжелали становления победоносного плода подражания и испрашивания практикования причины, это неодинаково с предыдущими воззрениями. "Шанкара"280 – одно из имён Махешвара281. "Чёрный Небо[житель]" на санскрите звучит, как Рудра282. Это – семейство [Великого] Свободного Небо[жителя Шивы].

"Почитаемые Нага" есть все великие Нага. "Кубера" и прочие – великие небо[жители], образующие школы всех миров. Наложница Брахмы есть божество, почитаемое в мире. Однако в Учении Будды Брахма отстранился от желаний, и супруги у него нет. От Падма и ниже283: "Такшаки284, Васуки285, Санкха286, Каркотака287, Маха-падма, Кулика288, Маха-пханака, Адидэва289, Сада-нага290, Нанда-нага291 и другие нага" – все божества, почитаемые в мире. "Небесные святые" – все божественные святые, обладающие пятью чудесными способностями. Количество их неисчислимо, потому имена не приводятся. "Веды" – четыре книги мудрости, изложенные Брахмой. "Веды и их последователи" – те, кто способен изучать и излагать заключённое в писаниях. Поскольку способны открывать практики ради ухода от желаний, заслуживают соответствующего полного доверия. Брахма в их книгах подобен Будде, а четыре Веды292 – двенадцати сутрам. Те, кто передаёт это учение, подобны монахам, [несущим] согласие. В своё время они таким же образом откроют и прочие из Трёх Сокровищ, принесут радость, доверие и следование практикам. Таково восьмое, бесстрашное и доверчивое детское сознание рождений и смертей.

0

144

В сутре сказано: "Далее, о, Повелитель Тайн, есть похвальные практики. Следуя изложенному и пребывая в похвальности, они взыскуют отстранения293, чем порождают мудрость". В этом восьмом бесстрашном доверии заключено превосходящее ("похвальное") сердце. Услышав, что следует полностью довериться молитвам, обращённым ко всем Бхагаванам, как это изложено выше, они, наконец, не возрождают сознание. Что высшее ("похвальное") среди всех этих Трёх Сокровищ? Следует последовательно практиковать, отобрав лучшее из них. Поскольку полагаются на добрую силу предыдущих корней, следуют изложенному учению, обретают пребывание в превосходящем и порождают мудрость стремления к вимокша. Однако поскольку пока ещё не знают о законе возникновения связей, мудрость созерцания присутствующей пустоты несвободна от прерывистости и постоянства. Потому говорят, что и постоянство, и непостоянство пустотны. Упорно практикуют и учатся, следуя такому изложению. Среди них есть два вида: если порождают мудрость, стремящуюся к вимокша, это зовётся "превосходящим сердцем"; если же созидают просветлённость в дхармах пустотности – "сердцем решимости". Добавив их к изложенным ранее, получим десять [состояний] сознания294. Поскольку Почитаемый Миром желал прояснить мудрость созерцания пустоты оставления мира, [он] далее изрёк: о, Повелитель Тайн, они постигают значение пустоты и не-пустоты, но не знают о прерывании и постоянстве. Не созерцая равенства отсутствия наличия и отсутствия отсутствия, они неспособны отстраниться от видения их различий, хотя и говорят, что прервали все бесплодные рассуждения. Поскольку ещё не понимают истинных причин и связей, более того, поскольку знают о наличии причин и связей в Учении Будды, отстраняются от видения отсутствия.

Поскольку созерцают пустотность само-природы, не рождают видения наличия. Если бы отстранились от видения наличия и отсутствия, не следовали бы прерыванию и постоянству. Если бы достигли такого значения пустотности, не придерживались бы [подобных воззрений на] наличие и отсутствие. Хотя отстранились от речи и разбили облик, в конечном итоге создают это сердце отсутствия разделений при посредстве этих разделённых образов, подобно индийским учителю с длинными ногтями [Диргханакха], который в созерцании истинно-сущего всех дхарм воспринимает не дхармы, а лишь взгляд на них.

Их истинная пустотность отделена от разделений. Зачем разделяют и дробят пустоту?295 Не постигнув значения пустотности, даже продвигая и очищая единое сердце, напряжённо стремясь к вимокша, они не смогут узреть нирваны. Поэтому Будда говорит: если вы желаете устремляться к нирване, следует познать пустотность возникновения связей и отстраниться от прерывания и постоянства. В первоначальном "зерновом" сердце уменьшают вред от грязной алчности мелких разделений и этим упорядочивают его. Далее понемногу усиливается его добродетельность, то есть постепенно обретается способность взращивания чистых сил этого сердца. Посредством таких обучений могут достичь места шарана, порождают мудрость стремления к вимокша. Если не встретят добрых отношений [с мудрым человеком], то отступят от пустотности прерывания и постоянства и войдут в ложное видение. Тем не менее это "зерновое" [сердце] восьми [сознаний] окончательно не разрушается и не исчезает. Внимая Учению Будды, созерцая пустотность возникновения связей при пустоте прерывания и постоянства, вступают на истинный Путь. Однако малоспособные люди, не породившие ещё "зернового" [сердца], неспособны окончательно уверовать, хотя проповеди и приносят им различные блага. Практикующий же с восьмым сердцем, бесстрашно стремящийся к выходу из [круговорота] рождений и смертей, встретившись с добрым знающим [человеком], слушает проповедь об истинном месте шарана Трёх Драгоценностей и, поскольку понемногу постигает [суть] причин и результатов этого мира, становится способен обрести веру. Если такой человек во время практикования поклонений встретится с добрым знающим [человеком], тот, восприняв его, спросит: созерцая какую выгоду ты возносишь такие моления? Он же ответит: от сохраняющихся во мне причин и связей алчности и порывов происходят всевозможные горести и страдания; практикуя моления даже с небольшим рвением можно обрести пребывание в весельи и спокойной радости, – оттого и созерцаю. Тогда добрый знающий [человек] скажет [ему]: отлично!, добрый сын; в соответствии с изложенным Буддой, в этом мире алчущие живые существа претерпевают всевозможные страдания, а по окончании своей жизни, из-за соответствующих причин и связей, продолжают претерпевать немало зла. Отстранившись же в сердце от грязи алчности, обретают спокойную радость уже в этой жизни и [обретают] великую славу. Окончив существование, рождаются на небе, а затем обретают нирвану. Поэтому вы должны получать учение о восьми состояниях посредством сердца, ещё более высокого и победоносного, нежели сейчас. Внимая ему, обретают веру и начинают практиковать в соответствии с изложенным. Если же люди, пребывающие лишь в этом мире страданий и радостей, малоспособны и сочтут, что всё создано само-пребывающим небожителем, либо что изменения земли и прочих [элементов] претерпевают становления по причине и в зависимости от времени, то пусть они даже и выслушают [изложение] о спокойствии и чистоте мелких разделений восьми состояний, но будут неспособны поверить; как же им добраться до глубинных вещей? Спрашивая, говорят: каким образом возникает причина первого "зерна" из этих восьми сердец? Отвечая, говорю: поскольку в мире с незапамятных пор и до этих дней имеются хорошие и плохие названия (имена), зерно рождается из них.

0

145

Как это было с прожорливостью у рождённых существ начальной кальпы296 на тучных землях, евшие много, становились нехорошими, а евшие мало – хорошими. Видя, что из причин и связей некоторых много потреблявших людей возникали множественные болезни, составили такое мнение (мысль). Мы же сейчас потребляем лишь понемногу, сами постоянно умеряя себя – не хорошо ли это? Тем не менее эти живые существа ещё не ведают причины и плода, а также вести о [воздаянии в] следующем мире. Они лишь передают от одного другому и называют добрые дхармы гуманностью, справедливостью, раскаиванием в превращениях и оборотах форм и так далее. Если найдутся люди, способные таким образом практиковать, все в мире воздадут им хвалу. Опять же, как во времена окончания пределов малой кальпы297, живые существа внезапно пробуждают сердце. Знают, что злые дхармы мира [вызывают] множественные болезни, ведущие к изменениям форм, и вместе начинают практиковать добрые дела. Это не есть соответствование побуждению доброго знающего [человека]. Следует знать, что всё это – сила причин и связей простого ("бедного") обучения298 истинно-сущему собственного сердца. Во время, когда "первоначальное зерно" отстраняется от грязи сердца измерением мельчайших пылинок, проявление силы чистого сердца, [осуществляющего] такое измерение, не порождает зёрен добра, однако в действительности это – рождение нерождённого. Поскольку природа его тверда, оно не умирает окончательно в познающем сердце [алая-виджняна] рождённых существ. В промежутке, пока ещё не достигнуто великое кольцо ваджры299 истинного состояния собственного сердца, нет и места пребывания. Плод обращается зерном; хотя и происходит длительное обращение и изменение, оно, тем не менее выходит из врат знака "А". Поэтому облики продолжающихся рождений сердца, [описанные в] строфах непревзойдённой Махаяны, есть великая тайна всех будд, которую, как говорят, неспособны узнать [влекущиеся по] внешним путям. В разделе об уподоблении лечебным травам "[Сутры] Цветка [Лотоса Благого] Закона" изложено то же значение300. Далее, практикующий полностью доверяется Трём Сокровищам, следует установлениям Татхагаты, в течение одного дня [и одной ночи] соблюдает восьми моральных установок301; поскольку следует святым обетам, то становится умиротворён, спокоен и радостен. Поскольку спокоен и радостен, верит в практикуемую неразрушимость святости и понемногу достигает того, что именуется "зерном" (биджа). Ради увеличения и распространения добра он ещё более практикует все добрые [дела]. Поскольку обеты чисты, непременно рождается на небесах, а затем достигает нирваны. Это именуется "зерном обретения и использования". И ещё, поскольку приближает и лелеет добрых знающих [друзей], внимает выгоде Истинного Закона, не пробуждая сердца, верящего в что-либо ложное ("отличное"). Такова бесстрашная, истинно-действительная привязанность восьмого состояния простых людей, [подверженных] течению и поворотам рождений и смертей. Ещё в ней есть рождение сострадания, жаждущего вимокша в превосходящем пребывании. Поразмыслив и посозерцав рождают образ решимости. Отсюда возникает начальное "зерновое сердце" бодхи пратьекабудд. Всё это следует повторять и детально исследовать в соответствии с изложенным выше. Каждое бхуми Трёх Колесниц включено в эти Десять Сердец. Вплоть до десятого бхуми: зерно, росток, ветка, лист, цветок, плод и прочие, до рождения мудрости, жаждущей состояния Будды, обретаются в алмазном пределе, при созерцании пустотности всего окружающего.

0

146

16. Шестьдесят сердец

В это время Ваджрапани вновь обратился к Будде и сказал: "Молю, Почитаемый Миром, поведай об обликах этих сердец!" И Будда изрёк Повелителю Тайн Ваджрапани: "Повелитель Тайн, слушай внимательно, есть такие формы сердца: алчущее сердце, не алчущее сердце, гневливое сердце, заботливое сердце, слепое сердце, мудрое сердце... и так до …сердце обретения рождений..., [оно] порождается отправлением всевозможных дел и обладает равной им природой". Это – строфы с ответом на предыдущий вопрос об обликах всех сердец. Вначале перечислены названия шестидесяти сердец302, а затем даётся разъяснение их образов. "О, Ваджрапани, что есть алчущее сердце? Следование учению о желаниях". То есть, будучи в предыдущих пределах привязанным к желаниям, [существо] загрязняет своё [исходно] чистое сердце. Если практиковать в следовании таковому учению, именуется наличием алчущего сознания. Учения о сердцах многочисленны и знать их [все] трудно; к тому же, созерцая производимые ими "всевозможные дела", непременно проявишь внешний облик. Уподобим это тому, как по виду дыма узнают о природе огня303. Поэтому во всех строфах выясняются значения последовательных практик с приведением примеров. Там подробно перечислены все состояния: от тех, [которыми] обладают ещё не ушедшие от мира, и до самых продвинутых304. Если практикующий хорошенько разберётся в истинном и ложном, то, подобно земледельцу, выполет сорные травы и соберёт богатый урожай, а, следовательно, силы чистого сердца будут расти и шириться. Сказанное об "обликах дел причин и связей" подразумевает опрометчивость слов, в которых может скрыться сердце305; самостоятельно изучить и познать это невозможно.

Второе: "Не алчущее сердце следует учению об отсутствии желаний". Облик его противоположен ("отличен от") предыдущему сердцу. Однако у них также не рождается радостного желания в отношении добрых мест, к которым следует стремиться. Поэтому доброе учение не проникло [в них, что] препятствует росткам добра. Название совпадает с незагрязнённым сердцем, однако дела различны; непременно следует рассмотреть это. Потому практикующий созерцает истинный облик алчущего сердца и естественным образом желает сердца незагрязнённого. Поэтому не следует пробуждать практик не-мудрого отсутствия алчности306.

Третье: "Гневливое сердце следует дхармам ярости". Сказанное "ярость" есть гнев сердца, пробуждающий движение; дела отбрасывают внешнюю тень. Поскольку дхармы сердца трудно постичь, истолковано, как следование дхармам ярости. Если понемногу пробуждать подобный облик отсутствия неподвижности и чистоты, то [появится] форма, не знающая истинного сердца. Если среди связей [рождённых] существ станут созерцать истинное сердце и не будет пребывания самости, подобное препятствие не родится.

Четвёртое: "Заботливое сердце следует практикам дхарм жалости". Эта "заботливость" отличается от истинного облика. Заботливость, при которой взгляды любви загрязняют сердце, не есть порождение разновидности добра. Знак высшей заботы основывается на внутреннем сердце; знак низшей заботы есть кармическое действие ради внешнего облика. То есть, прекратив обучение и познание, излечивают недостающее, препятствующее на Пути; практикуя сердце неизмеримой любви307, излечивают это отношение.

Пятое: "Слепое сердце следует практикам дхарм, не изучая их (не-созерцания)". Ранее говорилось, что, не глядя на разделения между добром и злом, обретают веру. Вообще же целенаправленные кармические действия, прежде всего посредством сострадательного сердца производят разделения и неспособны к беспристрастности; среди таких существ много заблуждающихся. Вот облик этого слепого сердца308.
Шестое: "Мудрое сердце следует дхармам превосходного увеличения и роста понимания". Такие люди посредством различного излагаемого узнают всякое и считают, что это – похвально, а это – порицаемо; то следует принять, а то – не следует принимать. Когда позже эти люди похвальных [занятий] практикуют подобное, это именуется обликом не-глупости. Тем не менее Закон людей Пути не заключается в достижении безграничных сил знания. Вступить на него способен лишь человек верующий. Поэтому, созерцая "мирское знание, беседы и выслушивания"309, излечивают это.

Седьмое: "Решившееся сердце отправляет практики почитания, как если бы внимало проповеди почтенного [наставника]". Восьмое: "Сомневающееся сердце обретает постоянную неопределённость его". Рассмотрим сперва сомневающееся сердце, так как через него легко прояснить сердце решившееся. Такие люди, следуя услышанному, порождают нерешительное сердце. Как во время принятия обетов сами вызывают в сердце нерешимость, [говоря себе]: я должен принять обет! В противном случае или учитель рассердится, или Закон будет нарушен. И всё [у них] так. Двигаясь по человеческому пути, они впадают в заблуждения и неспособны продвигаться вперёд. В гатхе "[Да-]чжи ду[-лунь]" это уподоблено тому, как на разветвлении пути следуют по более благоприятному. Таково излечение. Решившееся же сердце следует услышанному от добрых друзей и прочих, тому, что соответствует [в представлении] проповеди Закона, и не рождает сомнений, отправляя в сердце практику почитания. Если созерцать это с мудростью, породишь истинную решимость сердца.

Девятое: "Тёмное сердце порождает сомнения и раздумья в учении о неоспоримом". Мудрым людям в этом мире не стоит порождать сомнений относительно Четырёх [Благородных] Истин, не-чистоты, непостоянства и прочего. Тем не менее они, услышав об этом, ощущают в сердцах сомнения, подобные тем, что возникают в мыслях, когда ночью видят древесный ствол, представляющийся разными фигурами. Следует вспоминать об этом, когда взгляду представляются подобные образы. Это – "тёмное сердце".

0

147

Десятое: "Светлое сердце без раздумий и сомнений практикует в учении о неоспоримом". Придерживающиеся учения, в котором не следует сомневаться в печати дхармы решимости, следуют внимаемому и способны твёрдо уверовать. Следует знать, что это – "светлое сердце". Тем не менее в нём бывает недостаток, а бывает и избыточность, что ставит сердцу препятствия на Пути. Лекарством для этого служит место срединной мудрости310.

Одиннадцатое: "Собранное сердце образует единую сущность в бесчисленном". Такие люди, следуя одному делу, порождают веру и понимание; внимая всевозможным различающимся учениям, собирают их воедино. И ещё, изучая и обретая единое самадхи, они видят излишние писания и воззрения, бесчисленные врата учений, всевозможные различия, и все воспринимают ("излагают") в сердце решимости311. Они отстраняются от них, становясь в стороне от избыточных учений. Потому и называется "собранным сердцем".

Двенадцатое: "Спорящее сердце образует сущность, порицающую совместный облик [верного и неверного]". Внимая словам учений, излагаемых другими, испытывают к этому постоянную приязнь, рассуждая и споря об их правильности и неправильности. Значение их следует знать, но следовать им не дòлжно. Пусть даже ложные слова и соответствуют принципу, их долготу и короткость можно измерить всевозможными способами, стремясь обнаружить утерянное в пустых местах. Например, даже когда приходит другой [человек] и спрашивает, отстранённо определяют долготу и короткость [его] вопроса и говорят: "Я не стану отвечать". Следует знать, что проявление указанного облика и есть такое "спорящее сердце"312.

Тринадцатое: "Чистое сердце рождает порицание в собственном я". Ощутив внутри порицание сердца, сами оканчивают размышлять над единым смыслом, то есть сами устанавливают различения [между верным и неверным]; предполагая это отсутствие, посредством доброго сердца, советуются с людьми и, хотя и прекращают принимать, напротив, предполагают потерю или обретение [верного решения] в собственном ["я"]. Это следует знать, но не дòлжно этому следовать. Стоит знать, что существует много проявлений подобных образов; это и зовётся "чистым сердцем".

Четырнадцатое: "Нечистое сердце отбрасывает любое порицание". Следуя санскритским оборотам, надо после каждого из 60-ти сердец [ставить падёжный] знак "для, ради". Не ощущая положения этого сердца, обучаясь сперва в школе, создают подобные взгляды; далее, посредством удалённости различных слов, слышат о соответствии принципу и воспринимают такие практики; либо же, сперва отправляя такие [практики], слышат от других, что они недобры, и могут их изменить. Охваченные чувствами, "отбрасывают любое порицание". Подобные облики встречаются; следует знать, что это – "нечистое сердце". Лекарство, его излечивающее, – мудрое знание [нейтральности всего313] и практикование истинно-сущего всех дхарм.

Пятнадцатое: "Думаю, что сердце небо[жителей] образуется в следовании мыслям [разума]". Поскольку все небо[жители получили] плод воздаяния в предыдущем мире, то, даже если не будет добавления от силы добродетелей, они родятся, следуя таковому сердцу. Следует знать, что эти сердца небо[жителей] – у пробуждающих многочисленные радостные обеты. Поскольку они родились в древности в высшем мире, даётся такое определение. Для практикующих же Мантра[яну], не прошедших такого большого и долгого периода, попытка перетащить [это состояние] ради собственного сердца может вызвать препятствия чистому просветлённому сознанию. Лекарство от этого: самому познавать и учиться, проявлять стремления повсюду в этом мире.

Шестнадцатое: "Сердце Асура радуется, распоряжаясь рождением и смертью". [Знаком] "А" выражают отрицание, – суры – название небо[жителей]. Несмотря на то, что плод воздаяния для них – небо, место пребывания – в кармических делах; из-за неодинаковости такое название. Хотя они и знают благоприятность вимокша, но получают глубокую радость и удовольствие от последствий рождений и смертей и неспособны продвигаться к сути. Если облик практикующих таков, следует знать, что у них – сердце [а]сура. Поскольку они родились в древности, в предыдущих мирах, по такой причине ("сути"), даётся подобное определение. Лекарство от этого: созерцание непостоянства, страданий и прочего.

Семнадцатое: "Сердце Нага занято мыслями о несметных богатствах". Многочисленны следующие мысли: какими способами я могу обрести обширные сокровища, утончённые и драгоценные? Ненасытная жажда всё больших и больших обретений есть сущность сознания Нага. Поскольку оно возникает из сущности исходного [рождения] Нага, то и даётся соответствующее описание. Практикующий со страстью к стяжанию распространяет свои желания на всех людей [этого] мира; [для него] затруднительно [обретение] чистого сердца отошедшего от мира. Лекарство от этого: размышления и обдумывание малых желаний, непостоянства314 и прочего, довольствования знанием.

0

148

Восемнадцатое: "Сердце человека занято мыслями о выгоде других [людей]". Обдумывая привязанности и постепенно изгоняя желания, некто имеет благо в своём "я", считая, что он должен обрести большую выгоду подобным способом. В древности некто не имел большой выгоды в своём "я", и сейчас решил [получить] воздаяние. И вот, он оказывает услуги людям, считая выгоды различных вещей; всё это – сердца людей. Созерцая практики собственного сердца, желают быстрой выгоды от Учения; в общей смуте не следует думать о связях прочих [существ], – таково лекарство от этого [состояния].

Девятнадцатое: "Сердце женщин следует дхармам желаний". Это – сердце человеческой сути. Только вот, посредством многих желаний, оно [получает] одни различия. Как сказано в сутре, у женщины есть множество желаний, в сто раз больше, чем у мужчин315. Постоянно думает о приятных вещах, либо – о формах и обликах других. Это может стать препятствием чистому сердцу практикующего. Поскольку в древности было много рождений в женском виде, даётся такое описание. Лекарство от этого: созерцание мест с нечистыми мыслями и истинно-сущего.

Двадцатое: "Само-пребывающее сердце (Махешвара) постоянно думает, что всё должно стать подобно смыслам его желаний". "Само-пребывающее" относится к божеству небес Внешних Путей. По рассуждениям этих школ, само-пребывающий небо[житель] способен, следуя мыслям, создавать страдания и радость у всех рождённых существ; стремящиеся к этому учению постоянно занимаются умопостроениями, желая обрести уподобление их основным почитаемым. Практикующим же Мантра[яну] следует знать, что такие многочисленные и повсеместные мысли, размышления, ведущие к становлению думания о "я" есть [свойство] сердец само-пребывания. Такими их заставляют быть предшествующие обучения. Все дхармы везде и всегда зависят от причин и связей. Лекарство от этого: созерцание отсутствия само-пребывания.

Двадцать первое: "Сердце торговцев следует закону: сперва получи, затем раздели". Торговые люди этого мира сперва высчитывают – что получат за товар, а после думают, как его разделить: такие вещи – в это место, сякие – в то место, чтобы выгода стала самой высокой; если практикующие, подобно им, станут сперва вынашивать замыслы относительно выгодности того, или иного предмета обучения, получится так же, как с этим мирским занятием. Когда речь идёт о выгодности различных мест, это – учение Второй Колесницы, касающееся таких людей. Для Великой же Колесницы это – [всего лишь] материал. Зависимость от таких связей именуется "сердцем торговцев", которое делает таковым предварительное обучение. Лекарство от этого: практикование мудрости скорых [действий]. Какому бы внимаемому учению не следовал, необходимо созерцать такие причины и связи. Как можно ждать обретений от многого услышанного и жаждать выгодных мест?!

Двадцать второе: "Сердце крестьян следует закону: сперва хорошенько выслушай, затем проси". У старого крестьянина, разъяснявшего обязанности, спросили: как узнать добрую красоту земли? Как [её] возделывать и обрабатывать? когда подождать, а когда начинать жатву? Зная всё это, оказываешься как бы обладателем разных добродетельных сил. Таково и это сердце: оно прежде дотошно расспрашивает мудрых о [37-ми] особенностях Пути, а затем практикует их, и всё получается под их воздействием. Излечивается благотворностью мудрости. Услышав, что все скандхи непостоянны, познают, что таковы и все облики, пробуждающиеся от связей [при 12-ти] вхождениях в [18-ть] миров. Подобно тому, как, когда отравленная стрела входит в тело, дожидаются трёх сельскохозяйственных лун316, подробно расспрашивают, а затем извлекают её.

Двадцать третье: "Сердце рек следует закону: быть обусловленными двумя берегами". Природа этого сердца изменчива и зависит от двух сторон. Иногда оно практикует постоянство, иногда – с прерыванием, иногда вдруг начинает верить в нагромождение неистинного. Речная вода зависит от обоих берегов; её течение и то, что она несёт не может придерживаться лишь одной стороны. Излечивая его, практикующий сосредотачивается исключительно на едином пределе, и в этом случае сможет обрести достижение. Если же сердце не сохранит определённость, то станет производить кармические деяния; если к тому же примется рассуждать, то не станет этого [должного] принципа.

Двадцать четвёртое: "Сердце стоячего пруда следует закону: нет ничего отвратительного, когда мучает жажда". Если в воду стоячего пруда войдут много людей, в конечном счёте в этом не будет ничего отвратительного, – таково это сердце: если такие вещи [как] известность, выгода и достойные отношения войдут в их тела, в конце концов это не будет для них неприятно. Так [говорится] и в изучаемом [ими] учении. Это как когда из молока, [куда что-то попало, вскипятив его, получают] кашу; когда хочется есть, не обращают внимания на вкус. Лекарство от этого – малые желания и достаточное знание.

0

149

Двадцать пятое: "Сердце колодцев думает о глубоком, и оно становится ещё глубже". Когда глядишь в колодец трудно понять – глубока [в нём] вода, или мелка; такова и природа этого сердца. Оно любит размышлять и становится ещё глубже и дальше. Невозможно измерить имеющиеся у всех людей добрые и недобрые дела. Не узнать и практики таких сердец в равных делах совместного пребывания. Следует знать, что это – сердце колодца. Окончательное и без усилий понимание проявленности врат дхармы пробуждения связей и обликов добрых людей317, – таково лекарство от этого.

Двадцать шестое: "Охранительное сердце считает лишь себя истинным сердцем, а остальные – неистинными". Ради охранения тел, собственности и прочего люди мира воздвигают высокие строения и обносят их забором, ущерб же прочим не принимают во внимание, – таково это сердце, непрестанно заботящееся о своём теле и охраняющее его. Оно подобно черепахе, [втягивающей под] панцирь ("хранилище") шесть членов [– лапы, голову и хвост] и не позволяющей внешнемуо миру нанести ей рану. Они считают, что истинные – лишь их практики, а всё делаемое и создаваемое другими – неистинно. Многие из изучающих Шравака[яна] порождают такое сердце. Лекарство от этого: напротив, защищать других людей, а также не попустительствовать ущербу тех, кто, сам накапливая понимание, увлекается ложными рассуждениями. Говорить: все иные взгляды и восприятия неистинны, – таково это сердце.

Двадцать седьмое: "Скупое сердце следует закону: всё – только для себя, другим – ничего". Всё созданное и имеющееся [воспринимается, как существующее] лишь для собственного тела. Все любят хорошие вещи, и материальные, и в [проявлениях] искусства, но втайне жалеют [с ними расставаться], поэтому нет человеку от них благоприятствования. Имеющие такой облик люди обладают скупым сердцем. Лекарство от этого: размышление о непостоянстве обладаемого, постоянное размышление. Когда вещественные предметы и образы искусства определяются, как непостоянные, обретают понимание, что за собой ничего не последует. Если теперь это тело не может сохранять само себя, чего же тут жалеть?

Двадцать восьмое: "Сердце барсука следует учению передвижения вперёд прыжками". Когда барсук выслеживает птицу, он задерживает дыхание, ведёт себя очень тихо и почти не двигается, стараясь подпустить её поближе; а затем бросается на неё, – таковы и эти люди. Долго выслушивают они различные учения, однако не делают никаких решительно сознательных движений и не продвигаются вперёд. Они ждут встречи с соответствующими добрыми связями и не любят мужественных и твёрдых практик. И ещё, даже если к ним начинают хорошо относиться, в них не возникает мысли об ответной благодарности. Если человек, получив добрые и сострадательные слова от другого, не думает о благодарности, у него сердце барсука. Излечивается это, когда практикуют так, как слышат, не ожидая [благоприятного] времени и места, когда постоянно думают о добродетельной благодарности.

Двадцать девятое: "Собачье сердце радуется, довольствуясь обретением малой толики". Собаки [опутаны] связями слабого счастья, низки и вульгарны. Поэтому, получив даже немного грубой еды, они радуются, довольствуясь [этим]. Если же её количество будет значительно превосходяще, они уже заранее этого не желают, – таково это сердце. Слыша малую толику доброй Дхармы, они не считают нужным полностью исчерпывать практики, не жаждут победоносных вещей; таково порождение разновидностей обучения у шраваков. Излечивается посредством расширения осмысленной радости. Сердце должно стать подобным Великому Морю: не отказывается; когда добавляют мало, и не бывать переполненным, когда добавляют слишком много.

Тридцатое: "Сердце Гаруда следует учению привязанности". Этим птицам постоянно требуются оба крыла, которые помогают телу, находящемуся между ними; направляемые собственными хотениями, они достигают великой силы. Если же хоть на время изъять одно крыло, они ничего не смогут сделать, – таково это сердце. Постоянно обретая значительные средства от привязанностей и пристрастий, они думают, что не совершают кармических поступков. Опять же, посредством созданного другими пробуждают сердце, но не в состоянии продвигаться в одиночку. Увидев человека, отправляющего добрые практики, думают: он способен практиковать, отчего же неспособен я? Следует думать, что мужественное сердце бодхи подобно Повелителю Львиного [Трона] и не нуждается в помощи. Таково лекарство.

0

150

Тридцать первое: "Крысиное сердце думает о том, как бы не быть пойманным и связанным". Крыса, видя ловушку, верёвку и прочее, не думает об ущербе, приносимом ложным принципом. Поскольку зависит от избегания их, [надеется] получить выгоду посредством "я". Однако этого не происходит. Помеха и поражение – в отсутствии расхождения между наличествующей зависимостью и становлением поступков318.

Тридцать второе: "Сердце песен и декламаций"; не комментировано в изложениях санскритских писаний. Как говорил ачарья [Шубхакарасимха], его можно уподобить звукам передачи Закона. Передавая мелодию другим людям мира, обретаются добрые свойства; исполняя [песни] для других, производят различные прекрасные и тонкие звуки, а внимающие им радуются и веселятся. Данное сердце желает слушать Истинный Закон, следуя другим. Соответственно, ради рождённых существ мы должны производить больше таких тонких звуков, вызывать во всевозможных представлениях в разных местах величественные цветы строф. Так считают многие, и это [приводит к] учению шраваков, что может препятствовать [обретению] чистого сеодца. Соответственно, нужно представлять себе, что лишь после обретения природной мудрости внутреннего подтверждения следует декламировать и представлять образы, проявляемые телом. Таково лекарство319.

Тридцать третье: "Сердце танца практикует то учение, что считает себя наивысшим и способным на различные божественные превращения". Разделённость и разбросанность людей мира в названиях излагаемого уподобляется танцу, а также – божественным превращениям. Проявляя всевозможные, невиданные ранее вещи, радуют и очищают сердца предстоящих людей. Многие учат, что это – Пять Чудесных Сил. Однако [не изучают исходное начало, рождающееся посредством божественных превращений]. Ревностно почитая такие сиддхи, посредством упая [попусту] давать обеты – всего лишь препятствие [на пути к] очищению сердца. Считают, что с самая "устранения закрытых препятствий" не будет разбросанности и движений сердца, с божественными силами не пробудится разрушение установленности и создадутся божественные изменения адхиштхана. Излечение от этого: не следует жаждать малых опытов этого мира320.

Тридцать четвёртое: "Музыкальное сердце считает себя обязанным бить в барабан дхарм". Барабан вызывает у рождённых существ возможность обрести просветлённое изучение заповедей. Практикующие это считают, что рождённые существа крепко спять долгими ночами, потому следует изучать беспрепятственное красноречие, ударять в барабан Великого Учения, будить их, одним словом – помогать обрести ясное восприятие. Это всего лишь препятствие чистоте сердца, его загрязнение. Следует думать о том, чтобы скорейшим образом в словах проявлять бесчисленные дхарани и посредством ясных звуков небесного барабана повсюду пробуждать всех [рождённых] существ321. Малые выгоды этого мира не должны препятствовать причинам и связям Великого Дела, – таково лекарство322.

Тридцать пятое: "Домашнее сердце следует закону охранения собственного тела". Человек строит себе дом и укрывает в нём своё тело от холода, зноя, ветра и дождя, обретая свободу от разбойников, злых насекомых и прочих всевозможных напастей, – таково это сердце. Теперь, приняв обеты, я практикую добро, а, будучи защищён, удалюсь от путей зла и страданий, [присущих рождённым] существам, в этом мире и в последующих жизнях. Многие из тех, [кто так считает], – сторонники учения шраваков. Думать следует о спасении и защите всех рождённых существ, а не лишь о своём собственном. Таково лекарство.

Тридцать шестое: "Львиное сердце считает законом отсутствие любых страхов и слабостей". Среди всех зверей лев повсюду выходит победителем, не имея страхов и слабостей, – таково это сердце. Желает, чтобы среди всех вещей и среди всех людей быть всепобеждающим, чтобы в сердце не было страха и слабостей, чтобы для своего сердца не было трудных дел, чтобы для [своего] "я" не было горестей и печалей. Если самому обучаться и познавать, то следует пробуждать львиное сердце Шакья[муни]. Стремиться к тому, чтобы все рождённые существа были победоносными и чтобы у них не было горестей и печалей. Таково лекарство.

0


Вы здесь » КОВЧЕГ » Городской бомонд » Тантра