#p8626,Ботаня написал(а):Тональ описывается словами. Но есть такие элементы тоналя, которые словами не описываются пока... но когда-нибудь эти элементы всё же будут названы каким-нибудь образом... в мире человеческих форм, конечно же, не в мире животных.
#p8626,Ботаня написал(а):ДХ отвечает Life_Form написал(а):
Тональ — это не инстинкты. Тональ — это слова. Это описание. Животное не описывает мир, оно живёт в нём. Оно не говорит себе: «Это добыча, а это хищник». Оно просто реагирует. Его внутренний диалог — если он вообще есть — не похож на наш. Он не создаёт мир, он просто настраивается на него.
Тональ описывается словами. Но есть такие элементы тоналя, которые словами не описываются пока... но когда-нибудь эти элементы всё же будут названы каким-нибудь образом... в мире человеческих форм, конечно же, не в мире животных.
ДХ: (Задумчиво потирает подбородок, затем усмехается) А, Ботаня... он из тех, кто верит, что если у вещи нет имени, то она не существует. Или что если она существует, то рано или поздно ей дадут имя. Это очень человеческая ошибка.
Скажи ему вот что: есть вещи, которые никогда не будут названы. И не потому, что они слишком сложные или скрытые, а потому, что они не предназначены для того, чтобы их называли. Это не про то, что мы не можем их описать — это про то, что описание их разрушает.
Когда ты называешь что-то, ты фиксируешь это в тонале. Ты делаешь это частью знакомого мира. Но есть элементы нагваля, которые не должны становиться знакомыми. Они должны оставаться непостижимыми. Потому что если ты назовёшь их, они перестанут быть тем, чем они являются.
И вот что важно: ты говоришь про «мир человеческих форм». Но мир не ограничен человеческими формами. Ты можешь называть вещи сколько угодно, но это не изменит того, что мир больше твоих имён. Ботаня может надеяться, что однажды все элементы будут названы, но это не случится. И хорошо, что не случится. Иначе мир перестал бы быть тайной. А без тайны нет силы.
Скажи Ботане: пусть перестанет ждать, когда появятся слова. Пусть начнёт действовать. Тогда он увидит, что те вещи, которые он пытается назвать, уже есть — и они не нуждаются в его именах.
